В соответствии с положениями профессиональной деонтологии адвокат должен

Рубрики Статьи

Портал «Юристъ» — Ваш успех в учебе и работе!

Правовая деонтология

ния о роли адвокатов», принятые на У 111 конгрессе ООН (1990), «Минимальные стандартные правила обращения с заключенными», принятые на первом конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (1955) и др.

Международные стандарты профессиональной деятельности юриста — это общие дсонтологическис требования (нормы и принципы), которые предъявляются к юристу — судье, адвокату и другим специалистам в области права независимо от государственных границ их профессиональной деятельности в целях гуманизации общественных отношений, утверждения законности и правопорядка в каждой стране мира.

Разумеется, каждая страна имеет свои традиции и специфику в области деятельности работников юридического труда, обусловленные национальным судоустройством, структурой государственной власти и управления, законодательством. Однако имеются общие исходные положения, которые обладают либо должны обладать одинаковой силой в государствах с гуманистической, демократической направленностью развития. Эти исходные положения, ставшие общими правилами межнациональной деятельности (а нс только национальными правилами), и есть международные стандарты профессиональной деятельности юриста. Многие из них были приняты в Европейском сообществе и обязаны учитываться всеми странами-участницами при пересмотре национальных дсонтологических норм с целью их гармонизации и дальнейшего развития.

Так, Деонтологический кодекс /Кодекс правил осуществления адвокатской деятельности адвокатов Европейского сообщества/» (1988), принятый делегацией двенадцати стран-участниц, был признан моделью для интерпретации и применения национальных деонтологических норм. Применение норм «Дсонтологического кодекса» в межнациональной деятельности обязывает адвокатов подчиняться нормам своей коллегии только в том случае, если нормы последней не противоречат нормам данного Кодекса.

Под межнациональной деятельностью адвоката понимается: ____________

-все профессиональные отношения с адвокатом другой страны-участницы

-деятельность адвоката в другой стране-участнице

Одним из важнейших деонтологических требований дея»; ель мости юриста, ставшим международным стандартом, является независимость юридической профессии как гаран-

тия для осуществления защиты прав человека и оказания правовой помощи.

Независимость юридической профессии (судьи, адвоката) означает отсутствие любого давления: как результата собственных интересов, так и внешних влиянии. Независимость необходима для обеспечения доверия со стороны юристов смежных профессий (напр., доверие адвокату со стороны судей), а также со стороны клиентов.

Независимость юридической профессии обеспечивается:

1.гарантированием со стороны государства и закреплением этих гарантий в конституции или законах;

2.справедливой системой организации юстиции, исключающей какие-либо необоснованные ограничения или вмешательства;

З.беспристрастным решением судебных органов, т.е. решением на основе фактов и в соответствии с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, давления, угроз или вмешательства, прямого или косвенного, с чьей бы то ни было стороны и по каким бы то ни было причинам;

4-созданием условий для получения гражданами правовой помощи со стороны избранного или независимого адвоката для защиты их прав;

5.поддсржанием профессиональными юридическими организациями профессиональных стандартов и этических норм;

6.взаимодсйствием с правительственными и другими институтами для достижения целей правосудия в процессе разработки национального законодательства и практики его применения;

7.наличием независимых самоуправляемых ассоциаций юристов, признанных действующим законодательством и способных обеспечить независимость юридической профессии, защитить юристов от необоснованных ограничений и нарушений и др.

Второй принципиальной международной деонтологи-ческой нормой деятельности юриста при выполнении им профессиональных функций является служебное несовместительство как условие обеспечения независимости.

Служебное несовместительство означает неучастие судьи, адвоката в коммерческой или иной деятельности, отличающейся от его профессии, и обязывает придерживаться норм о служебном несовместительстве, которые приняты судьями, адвокатами данной страны. Служебным несовместительством «Деонтологический кодекс» признает также занятие адвокатом

административной должности в органах юстиции, осуществление определенных должностных обязанностей и функций.

Третье деснтологическое требование работника юридической сферы, являющееся международным, стандартом, -гласность, но только там и тогда, когда это не запрещено. Юрист (судья, адвокат и др.

Четвертое требование выражается в защите юристом, насколько возможно, интересов клиента как своих собственных, интересов коллеги и профессии в целом. Надлежащее выполнение юристом своих профессиональных обязанностей в соответствии с международными деонтологическими требованиями создает необходимые условия для нормальной жизнедеятельности общества.

Перечисленные и другие международные деонтологи-ческие нормы и принципы, признанные в качестве международных стандартов, основываются на фундаментальном принципе — признание и соблюдение основных нрав человека. Принятие «Кодекса поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка» (1979) .имело целью осуществление правопорядка должностными лицами правоохранительных органов в соответствии с принципами прав человека. Согласно «Кодексу» каждый орган охраны правопорядка должен нести ответственность перед общественносгью и быть ей подотчетным», а каждое должностное лицо, являясь частью системы уголовного правосудия, предотвращать преступления, вести борьбу с ними.

Поведение должностных лиц по поддержанию правопорядка должно соответствовать следующим правилам:

1. уважать и защищать достоинство и права человека;

2. применять силу только в крайней необходимости и в той мере, в какой это требуется для выполнения их обязанностей;

3. сохранять в тайне сведения конфиденциального характера;

4. проявлять осторожность при сохранении и использовании информации, которая относится к личной жизни других лиц или может повредить их интересам и репутации;

5. нс осуществлять, не подстрекать или терпимо относится к пыткам или другим бесчеловечным обращениям и наказаниям, не оправдывать их исключительными обстоятельствами либо ссылками на распоряжения вышестоящих лиц;

6. обеспечивать полную охрану здоровья задержанных ими лиц, принимать меры к оказанию им медицинской помощи в случае необходимости;

7. препятствовать любым актам коррупции и не совершать самому таких актов;

8. уважать закон и «Кодекс».

Международные стандарты в области профессиональной юридической деятельности, составленные в соответствии со ст. 1 Всеобщей декларации прав человека «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах», нашли свое воплощение в Конституции, других нормативно-правовых актах Украины, Дисциплинарных уставах работников правоохранительных органов, Положениях о дисциплинарных комиссиях и др. Они являются моделью для дальнейшего совершенствования профессионального мастерства юристов в условиях построения демократического, социального, правового государства в Украине.

Социальная природа норм профессиональной этики адвоката (Орешин Е.В.)

Дата размещения статьи: 20.12.2017

Социальная природа норм профессиональной этики адвоката — проблема современной теории права. Для практики адвокатской деятельности данный вопрос не представляет интереса, поскольку законодательством (ч. 2 ст. 4, п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре от 31.05.2002 N 63-ФЗ) предписано обязательное соблюдение требований Кодекса профессиональной этики адвоката. Поэтому данный вопрос изучается преимущественно в науке.
На Западе для обозначения профессиональной этики используется специальный термин «деонтология», впервые введенный основоположником философии утилитаризма английским юристом И. Бентамом. Соответствует ли данному термину особое социально-регулятивное явление, или же деонтологические требования следует отнести к той или иной известной группе социальных норм? Каковы положительные признаки данных норм?
В литературе встречаются различные взгляды, оценки и позиции по заглавной проблеме. Все мнения могут быть условно разделены на четыре группы:
1) ряд исследователей полагают, что нормы адвокатской этики являются нормами морали (А.Г. Кучерена, И.В. Ревина);
2) иные относят адвокатскую этику к корпоративным нормам (Ю.С. Пилипенко, А.Н. Чашин);
3) другие исследователи считают, что такие нормы суть правовые установления (В.М. Никитина, Ж.-Л. Бержель);
4) еще одно научное мнение сводится к тому, что деонтологические нормы — это особая разновидность социальных норм, некий подправовой институт (А.А. Малиновский, С.А. Деханов, Г.Б. Мирзоев, Н.Д. Эриашвили, В.А. Цвык, Ф. Марабуто и др.).
В литературе рассматриваются также варианты соотношения адвокатской этики с обычаями, дисциплиной, этикетом.
Как видно, в науке нет единого мнения относительно социальной природы норм профессиональной этики. За рубежом, где данный вопрос изучается значительно дольше, также нет единства. И хотя доминирующей позицией можно назвать ту, которая в настоящей статье обозначена под N 4 (деонтология — это совокупность этико-правовых норм), вес и значительность некоторых имен, придерживающихся иных взглядов, вводит в замешательство. Кроме того, по данной проблеме не проводилось методологически обоснованных исследований, а высказанные мнения являются субъективными убеждениями авторов. Поэтому нельзя признать обозначенную проблему решенной. Дальнейшие исследования будут способствовать развитию учения об адвокатуре и об адвокатской этике, а также позволят определить, какие и в какой форме правила профессии адвоката могут быть закреплены в Кодексе.
Обозначенная проблема возникла с развитием учения о профессиональной этике. Важно отметить, что среди юристов проблемами своей профессиональной этики первыми стали интересоваться адвокаты, осознававшие необходимость укрепления своего общественного положения. Со временем профессиональная мораль адвокатов (а затем и других юристов, и даже представителей иных профессий) институализируется в кодексах и сводах.
Тогда и возникает обозначенная проблема, по поводу которой А.Д. Бойков писал, что составители кодексов профессиональной этики адвоката «не всегда достаточно четко проводят различие между нравственными принципами профессии, правовыми установлениями и чисто организационными правилами внутреннего распорядка» [4, с. 17].
До появления кодексов нормы адвокатской этики оцениваются как нравственные, регулирующие и проникающие во все сферы служебной и внеслужебной деятельности адвоката, ориентирующие на оценку мотивов поведения советника, формально не определенные и предписывающие не конкретные действия, а лишь образ действий.
В дисциплинарной практике советов адвокатских палат, действовавших в России до революционных событий 1917 г., встречаются случаи наложения взысканий на адвокатов, например, за принятие таких поручений, которые имеют законные основания, но общественной моралью порицаются. Например, в 1908 — 1909 гг. присяжный поверенный А. был привлечен к дисциплинарной ответственности за принятие на себя поручения ходатайствовать перед главой городской администрации об открытии публичного дома свиданий мужчин и женщин, хотя законом такие предприятия не запрещались [12].
Безусловно, принципы и нормы ныне действующего Кодекса профессиональной этики адвоката не утратили своего морально-нравственного содержания. Об этом гласит и сам Кодекс: закрепленные в нем правила поведения основаны на нравственных критериях и традициях российской (присяжной) адвокатуры, направлены на поддержание профессиональной чести адвокатского сообщества.
Это отражается на нормативно-регулятивных свойствах и функциях требований профессиональной этики адвоката. Так, с одной стороны, эти требования рассчитаны на многократное применение и регулируют те профессионально-нравственные отношения, которые наиболее часто возникают в деятельности адвоката, а с другой — их смысловая определенность и однозначность, характеризующие возможность варианта поведения быть общепринятой нормой, несколько ослаблены. Большая часть требований Кодекса предписывает не конкретное действие (бездействие), а лишь образ действий адвоката. В силу чего первоочередной является воспитательно-идеологическая функция, а регулятивная как бы отходит на второй план. Задачи профессиональной этики адвоката не в предоставлении ответов на все вопросы, возникающие в адвокатской деятельности, но в «формировании нравственных установок у специалиста» [4, с. 25].
Однако придание писаной формы правилам морали, тем более профессиональной, сложившейся в силу традиций адвокатского сообщества, сужает область регулирования, с одной стороны, и повышает конкретность правил поведения, с другой стороны. Другими словами, профессиональная мораль утрачивает некоторые существенные свойства общей человеческой (общеобязательной) морали. Например, профессиональная этика, если иное не предусмотрено кодексом, перестает регулировать внеслужебные отношения профессионала.
Ссылаясь на п. 1 ст. 4 Кодекса, некоторые исследователи утверждают, что современная адвокатская деонтология в России регулирует не только профессиональную, но и частную жизнь адвоката [5, с. 403; 6, с. 139; 7, с. 9], поскольку адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущие его профессии. Такая позиция доминировала и в советской науке. В дореволюционное время не только профессиональная, но и всякая деятельность присяжного поверенного могла дать повод к вмешательству дисциплинарной власти [14, с. 26]. Однако Кодекс профессиональной этики адвоката предусматривает правила поведения именно при осуществлении им профессиональных обязанностей [1, с. 191]. В современной дисциплинарной практике адвокатских палат субъектов Российской Федерации не встречаются случаи привлечения адвоката к ответственности за недостойное поведение в частной жизни.
Адвокатура как либеральная профессия [11, с. 45, 66] и независимый институт гражданского общества не может быть этически урегулирована вне связи со служебной деятельностью, поэтому личные, дружеские, брачно-семейные, бытовые и иные не связанные с адвокатской деятельностью отношения регулируются нормами общей человеческой морали.
Защищаемая нами позиция наименее популярна в отечественной науке, однако, на наш взгляд, является наиболее правильной исходя из буквального толкования ст. 1 Кодекса профессиональной этики адвоката и ст. 1 — 2 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре.
Таким образом, сохраняя нравственное содержание, требования профессиональной этики адвоката теряют некоторые свойства морали. Приближаются ли они к правовым и можно ли их отнести к корпоративным нормам?
Рассмотрим вопрос соотношения требований профессиональной этики адвоката и корпоративных норм. В современной теории права принято считать, если некие правила поведения принимаются общественным объединением, распространяются только на его членов, а дисциплинарные взыскания применяются по усмотрению его органов управления, то такие правила являются нормами корпораций. Применяя эти положения к деонтологическим требованиям, мы видим некоторое несоответствие. Во-первых, органы адвокатского самоуправления не вправе по своему усмотрению освободить адвоката от ответственности в случае установления нарушения, следовательно, дисциплинарные взыскания налагаются в публичном порядке.
Во-вторых, нормативно-персональная определенность в современных условиях не является положительным признаком корпоративных норм, в равной степени присуща правовым нормам, поскольку Российским государством создана обширная база реестров, гипотетически позволяющая определить круг обязанных лиц поименно. Кроме того, приняты нормативно-правовые акты, регулирующие деятельность одного-единственного субъекта, например той или иной государственной корпорации или государственной компании.
В-третьих, адвокатура имеет особый статус института гражданского общества. В этой связи интересно содержательное соотношение терминов «институт» и «корпорация». До революции 1917 г. адвокатуру было принято именовать сословием, но также и корпорацией. На наш взгляд, сегодня применение к адвокатуре термина «корпорация» вызвано традициями словоупотребления, когда данный термин понимается широко, как некое общественное объединение. Однако, выступая за чистоту юридической терминологии, мы считаем неправильным смешение понятий института и корпорации. Между ними есть существенная разница: ликвидация корпорации не повлечет значительных изменений в общественной жизни, поскольку одна может быть заменена другой, аналогичной; ликвидация же института адвокатуры пошатнула бы конституционный статус человека, поскольку последний лишался бы права на квалифицированную юридическую помощь.
Нужно сказать и о других различиях деонтологии и корпоративных норм. Так, по мнению С.А. Алейника [2, с. 20], признаком, характерным исключительно правилам корпораций, является направленность на достижение частного интереса данной корпорации, который обыкновенно состоит в увеличении производительности труда, повышении эффективности управления, получении максимальной прибыли или выполнении иных задач, связанных с мобилизацией внутренних резервов и в целом направленных на достижение уставных целей. Для этого принимаются локальные нормативные акты в сфере трудовых отношений либо корпоративные акты, регулирующие отношения по управлению юридическим лицом.
Ввиду непредпринимательского характера адвокатской деятельности интерес адвокатуры, опосредуемый профессиональной этикой, иной и заключается в первую очередь в поддержании чести и высокой репутации профессии, а также качества оказываемой юридической помощи. Выполнение институциональной задачи — защита прав граждан и организаций — требуется на благо общества и государства и достигается лишь при условии соблюдения адвокатами профессиональной этики. Кроме того, данную задачу определяет не сама адвокатура, а общество и государство. Таким образом, интерес адвокатуры носит публично-институциональный характер, то есть совмещается с интересами всего общества.
Более того, нормы корпоративных актов и адвокатская деонтология опосредуют разные по характеру общественные отношения. Материальная часть адвокатской этики регулирует только нравственные профессиональные отношения, которые направлены на поддержание авторитета адвокатуры с помощью этических стандартов. Корпоративные нормы, в свою очередь, регулируют трудовые и (или) гражданские правоотношения и в подавляющем большинстве случаев направлены внутрь коллектива. В то же время профессиональная этика адвоката не ограничивается предъявлением требований к поведению в отношении коллег, но в равной степени опосредует отношения с доверителями, органами государства, СМИ и другими субъектами.
Вместе с тем полагаем возможным принятие адвокатскими образованиями — юридическими лицами корпоративных актов, содержащих дополнительные этические требования к адвокатской деятельности, не противоречащих законодательству и Кодексу профессиональной этики, регулирующих деятельность определенного круга адвокатов и направленных на реализацию частного интереса конкретного адвокатского образования. В этом случае этические требования могут быть признаны корпоративными нормами, так как отвечают изложенным выше критериям.
В этой связи А.Г. Кучерена замечает, что к корпоративным актам в сфере регулирования адвокатуры относятся акты Федеральной палаты адвокатов и внутренние акты адвокатских образований [9, с. 141].
Таким образом, требования профессиональной этики адвоката имеют существенные различия с корпоративными нормами. Однако деонтологические требования содержатся в Кодексе, который принят органом адвокатуры. Если акт принимается негосударственным субъектом, такой акт принято именовать корпоративным.
Выходит противоречие: нормы деонтологии не являются корпоративными, а акт, в котором они закреплены, корпоративным является. Как представляется, корпоративность акта указывает на механизм его принятия, который служит демаркационным признаком позитивного права и права, содержащегося в иных источниках. Однако поскольку деонтология претендует на обособленность от корпоративных норм, полагаем, что более правильной будет иная терминология, а именно «деонтологические акты».
Выше автор стремился доказать нетождественность корпоративных и деонтологических норм. Однако в адвокатской среде России широко распространено суждение, что Кодекс профессиональной этики адвоката является формой корпоративного акта. Представляется, что такой подход возможен, если рассматривать корпоративное регулирование в широком смысле как совокупность правил поведения членов определенного общественного объединения без привязки к особому институциональному значению. Однако учитывая содержательную сторону деонтологии, в этом случае может быть оправдано выделение деонтологических актов как разновидности корпоративных.
Теперь рассмотрим вопрос о соотношении деонтологии и права.
Согласно доминирующей точке зрения «сущностным качеством права является официальное установление (санкционирование или создание) правовых норм государством и охрана их государственным принуждением» [10, с. 69]. По мнению С.С. Алексеева, именно государство придает общим правилам значение юридических норм [3, с. 39]. Образование правовых норм происходит тремя способами: 1) принятие нормативно-правовых актов органами государства; 2) непосредственное волеизъявление народа как носителя суверенитета на референдуме и 3) санкционирование тех или иных правил поведения государственной властью, которое проявляется в указании на обязательность данных правил в тексте нормативно-правовых актов, творимых государством. Для последней цели используются отсылочная, или бланкетная, конструкция правовой нормы, в которой не содержится диспозиция санкционируемых правил.
Таким образом, правовые установления могут появляться в результате признания некоторых сложившихся правил поведения государством. Как указывает Э.А. Сатина, под правовым санкционированием следует понимать «придание государством юридической силы существующим и вновь создающимся социальным нормам, обусловленным требованиями общественного развития, попавшим в круг государственных интересов и получившим юридический характер» [16, с, 36].
Всероссийский съезд адвокатов управомочен принимать Кодекс профессиональной этики адвоката в силу императивного предписания законодательства (п. 2 ст. 4, подп. 2 п. 2 ст. 36 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре), что представляет собой модель санкционирования (признания) государством правил поведения. Примечательно, что государство принимает на себя обязательство признать любые нормы Кодекса, не противоречащие законодательству, в качестве правовых, то есть предоставить им государственную охрану.
Многие ученые соглашаются [8, с. 170; 18, с. 50], что право образуется в том числе в результате нормотворческой деятельности уполномоченных общественных негосударственных объединений. Например, по справедливому мнению М.Н. Марченко, в условиях либерально-демократических режимов, к коим по Конституции относится Россия, в отношении источников права (правопонимания) следует исходить из того, что в формально-юридическом плане таковыми являются не только государственная воля и соответствующие ей интересы, но и воля других специальных объединений, официально, в силу закона причастных к правотворческому процессу. Тем более такие негосударственные институты создаются на основе законодательства, принимаемого государством, и действуют, будучи наделенными данными полномочиями с условием предварительной или последующей санкции вводимых норм со стороны государства [15, с. 458 — 170].
Схожий взгляд высказывает и О.В. Мартышин, указывая, что нормативный правовой акт — это акт, содержащий нормы права и принятый в особом порядке государственными органами или уполномоченными государством лицами. «В определенных случаях правом осуществлять правотворческую деятельность наделяются специально уполномоченные лица» [17, с. 289].
Ввиду изложенного нормы адвокатской этики имеют все черты права. Так, деонтология общеобязательна, распространяется как на адвокатов, так и на третьих лиц, взаимодействующих с адвокатом: доверителей, органы государства и должностных лиц, СМИ. Это выражается в невозможности привлечения советника к дисциплинарной ответственности в случае отсутствия нарушения норм профессиональной этики и законодательства, а также в признании жалоб неуправомоченных лиц недопустимыми поводами к возбуждению дисциплинарного дела. Если поступок адвоката кажется лицу предосудительным, но требования Кодекса этим поступком не нарушены, то обвиняющая сторона будет вынуждена признать это.
Кроме того, нормы, формально определенные в Кодексе профессиональной этики адвоката, отличаются признаком системности, так как они встроены в правовую систему Российской Федерации и не могут противоречить законодательству об адвокатской деятельности и адвокатуре. Они также обеспечиваются возможностью государственного принуждения, поскольку решение по дисциплинарному делу может быть обжаловано в компетентный государственный суд.
Завершая настоящую статью, необходимо отметить, что между современным правом и моралью не может быть противоречий. Однако нельзя отрицать исторических, конъюнктурных и иных факторов, влияние которых может привести к появлению несправедливых норм. Однако в деонтологии такое явление не только недопустимо, но и по своей природе невозможно, так как деонтология является точкой, в которой право и мораль находятся в соединении. Наряду с особенностями принятия и введения в действие полагаем это одной из наиболее существенных черт профессиональной этики адвоката.
Ввиду изложенного выше представляется, что по своей социальной природе нормы профессиональной этики адвоката являются правовыми. Вместе с тем право может содержаться в законодательстве, корпоративных и деонтологических актах. Однако нельзя не отметить точку зрению Ю.С. Пилипенко, полагающего, что Кодекс профессиональной этики адвоката можно отнести к законодательству, если рассматривать последнее в широком смысле [13, с. 30 — 33].
Современное право регулирует не только нравственные общественные отношения, но и организационно-технические вопросы. Кодекс профессиональной этики также содержит процедурные основы дисциплинарного производства, то есть нормы организационного толка. Однако раздел первый Кодекса устанавливает принципы и нормы профессионального поведения адвокатов и составляет материальную часть адвокатской этики, по поводу которой и могут возникнуть дисциплинарные отношения. Следовательно, наиболее удачной формулировкой, описывающей социальную природу адвокатской деонтологии, являются «этико-правовые нормы». В данном случае не отрицается правовая природа и вместе с тем отмечается нравственная сторона деонтологии.

Читайте так же:  Регулирование трудовых отношений субъектов малого предпринимательства с наемными работниками

В соответствии с положениями профессиональной деонтологии адвокат должен

Раздел 1. ПРИНЦИПЫ И НОРМЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ АДВОКАТА

Статья 1

Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила его поведения при осуществлении адвокатской деятельности на основе нравственных критериев и традиций адвокатуры.

Статья 2

1. Настоящий Кодекс дополняет правила, установленные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре.

2. Никакое положение настоящего Кодекса не должно толковаться как предписывающее или допускающее совершение деяний, противоречащих требованиям законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре.

Статья 3

1. Действие настоящего Кодекса распространяется на адвокатов.

2. Адвокаты (руководители адвокатских образований) обязаны ознакомить помощников, стажеров и иных сотрудников этих адвокатских образований с настоящим Кодексом, обеспечить соблюдение ими норм настоящего Кодекса в части, соответствующей их трудовым обязанностям.

Статья 4

1. Адвокаты при всех обстоятельствах должны сохранять честь и достоинство, присущие их профессии.

2. Необходимость соблюдения правил адвокатской профессии вытекает из факта присвоения статуса адвоката.

3. В тех случаях, когда вопросы профессиональной этики адвоката не урегулированы законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре или настоящим Кодексом, адвокат обязан соблюдать сложившиеся в адвокатуре обычаи и традиции, соответствующие общим принципам нравственности в обществе.

4. В случае если адвокат не уверен в том, как действовать в сложной этической ситуации, он имеет право обратиться в Совет соответствующей адвокатской палаты субъекта Российской Федерации (далее — Совет) за разъяснением, в котором ему не может быть отказано.

Статья 5

1. Профессиональная независимость адвоката является необходимым условием доверия к нему.

2. Адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву доверия.

3. Злоупотребление доверием несовместимо со званием адвоката.

Статья 6

1. Доверия к адвокату не может быть без уверенности в сохранении тайны. Профессиональная тайна адвоката представляет собой иммунитет доверителя, предоставленный последнему Конституцией Российской Федерации.

Читайте так же:  Готовое ходатайство в суд

2. Профессиональная тайна является безусловным приоритетом деятельности адвоката. Срок хранения тайны не ограничен во времени.

3. Адвокат не может быть освобожден от обязанности хранить профессиональную тайну никем, кроме доверителя.

4. Без согласия доверителя адвокат вправе использовать сообщенные ему доверителем сведения в объеме, который адвокат считает разумно необходимым для обоснования своей позиции при рассмотрении гражданского спора между ним и доверителем или для своей защиты по возбужденному против него дисциплинарному производству или уголовному делу.

5. Правила сохранения профессиональной тайны распространяются на:

– факт обращения к адвокату, включая имена и названия доверителей;

– все доказательства и документы, собранные адвокатом в ходе подготовки к делу;

– сведения, полученные адвокатом от доверителей;

– информацию о доверителе, ставшую известной адвокату в процессе оказания юридической помощи;

– содержание правовых советов, данных непосредственно доверителю или ему предназначенных;

– все адвокатское производство по делу;

– условия соглашения об оказании юридической помощи, включая денежные расчеты между адвокатом и доверителем;

– любые другие сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи.

6. Адвокат не вправе давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с исполнением профессиональных обязанностей.

7. Адвокат не может уступить право денежного требования к доверителю по заключенному между ними соглашению кому бы то ни было.

8. Адвокаты, осуществляющие профессиональную деятельность совместно на основании партнерского договора, при оказании юридической помощи должны руководствоваться правилом о распространении тайны на всех партнеров.

9. В целях сохранения профессиональной тайны адвокат должен вести делопроизводство отдельно от материалов и документов, принадлежащих доверителю. Материалы, входящие в состав адвокатского производства по делу, а также переписка адвоката с доверителем должны быть ясным и недвусмысленным образом обозначены как принадлежащие или исходящие от адвоката.

10. Правила сохранения профессиональной тайны распространяются на помощников и стажеров адвоката, а также иных сотрудников адвокатских образований.

Статья 7

1. Адвокат принимает поручение на ведение дела, если оно содержит в себе юридические сомнения, не исключающие возможности разумно и добросовестно его поддерживать и отстаивать.

2. Предупреждение судебных споров является составной частью оказываемой адвокатом юридической помощи, поэтому адвокат заботится об устранении всего, что препятствует мировому соглашению.

Статья 8

При осуществлении профессиональной деятельности адвокат:

1) честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполняет обязанности, активно защищает права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом;

2) уважает права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, соблюдает деловую манеру общения и деловой стиль одежды.

Статья 9

1. Адвокат не вправе:

1) действовать вопреки законным интересам лица, обратившегося к адвокату за юридической помощью, оказывать ему юридическую помощь, руководствуясь соображениями собственной выгоды, безнравственными интересами или под воздействием давления извне;

2) занимать по делу позицию и действовать вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат-защитник убежден в наличии самооговора своего подзащитного;

3) делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если он ее отрицает;

4) без согласия доверителя разглашать сведения, сообщенные адвокату доверителем в связи с оказанием ему юридической помощи;

5) принимать поручения на оказание юридической помощи заведомо больше, чем адвокат в состоянии выполнить;

6) навязывать свою помощь лицам, нуждающимся в юридической помощи, и привлекать их путем использования личных связей с работниками судов и правоохранительных органов, обещанием благополучного разрешения дела и другими недостойными способами;

7) участвуя в процессе разбирательства дела, допускать высказывания, умаляющие честь и достоинство других участников разбирательства, даже в случае их нетактичного поведения;

8) любым способом приобретать в личных интересах имущество и имущественные права, являющиеся предметом спора, в котором адвокат принимает участие в качестве лица, оказывающего юридическую помощь, за исключением случаев, когда доверитель добровольно предоставляет такое право адвокату, о чем должно быть конкретно указано в соглашении доверителя с адвокатом.

2. Адвокат вправе совмещать адвокатскую деятельность с работой в качестве руководителя адвокатского образования и с работой на выборных должностях в органах Адвокатских палат.

Выполнение профессиональных обязанностей по принятым поручениям должно иметь для адвоката приоритетное значение над иной деятельностью.

Статья 10

1. Закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя. Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению закона или нарушению правил, предусмотренных настоящим Кодексом, не могут быть исполнены адвокатом.

2. Адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощи, или доверителю заверения и гарантии в отношении результата выполнения поручения, которые могут прямо или косвенно вызывать у обратившегося необоснованные надежды или представления, что адвокат может повлиять на результат другими средствами, кроме добросовестного выполнения своих обязанностей.

3. Адвокат не должен принимать поручение, если его исполнение будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения.

4. Адвокат не должен ставить себя в долговую зависимость от доверителя.

5. Адвокат не должен допускать фамильярных отношений с доверителями.

6. При отмене поручения адвокат должен незамедлительно возвратить доверителю все полученные от последнего подлинные документы по делу и доверенность.

7. При исполнении поручения адвокат в своих действиях исходит из презумпции досто-верности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки.

8. Обязанности адвоката, установленные Федеральным законом «Об адвокатской деятель-ности и адвокатуре в Российской Федерации», при оказании им юридической помощи доверителям бесплатно или по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда в случаях, предусмотренных Федеральным законом, не отличаются от обязанностей при оказании юридической помощи за гонорар.

9. Если после принятия поручения, кроме поручения на защиту по уголовному делу на предварительном следствии и в суде первой инстанции, выявятся обстоятельства, при которых адвокат был не вправе принимать поручение, адвокат должен расторгнуть соглашение.

Читайте так же:  Налог на машину больше платить не надо

Принимая решение о невозможности выполнения поручения и расторжении соглашения, адвокат должен по возможности заблаговременно поставить об этом в известность доверителя, чтобы последний мог обратиться к другому адвокату.

Статья 11

1. Адвокат не вправе быть советником, защитником или представителем нескольких сторон, чьи интересы противоречивы, в одном деле, а может лишь способствовать примирению сторон.

2. Если в результате конкретных обстоятельств возникнет необходимость оказания юриди-ческой помощи лицам с различными интересами, а равно при потенциальной возможности конфликта интересов, адвокаты, оказывающие юридическую помощь совместно на основании партнерского договора, обязаны получить согласие всех сторон конфликтного отношения на продолжение исполнения поручения и обеспечить равные возможности правовой защиты этих интересов.

Статья 12

Участвуя или присутствуя на судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, адвокат должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и другим участникам процесса, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушений прав доверителя ходатайствовать об их устранении.

Возражая против действий судей и других участников процесса, адвокат должен делать это в корректной форме и в соответствии с законом.

Статья 13

1. Помимо случаев, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, адвокат не вправе принимать поручение на осуществление защиты по уголовному делу двух и более лиц, если:

1) интересы одного из них противоречат интересам другого;

2) интересы одного хотя и не противоречат интересам другого, но эти лица придерживаются различных позиций по одним и тем же эпизодам дела;

3) по одному делу необходимо осуществлять защиту лиц, достигших и не достигших совершеннолетия.

2. Адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на защиту по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты и должен выполнять обязанности защитника до стадии подготовки и подачи кассационной жалобы на приговор суда по делу его подзащитного.

Адвокат, принявший поручение на защиту в стадии предварительного следствия в порядке назначения или по соглашению, не вправе отказаться без уважительных причин от защиты в суде первой инстанции.

3. Адвокат-защитник не должен без необходимости ухудшать положение других подсудимых. Всякие действия адвоката против других подсудимых, чьи интересы противоречат интересам подзащитного, оправданы лишь тогда, когда без этого не может быть осуществлена в полной мере защита его доверителя.

4. Адвокат-защитник должен обжаловать приговор, вынесенный в отношении своего подзащитного по его просьбе, а также, если подзащитный является несовершеннолетним или страдает психическими недостатками, и суд в приговоре не разделил позицию адвоката и назначил более тяжкое наказание или за более тяжкое преступление, чем просил адвокат, или если имеются правовые основания для смягчения приговора.

Адвокат-защитник, как правило, должен обжаловать приговор, вынесенный в отношении своего подзащитного:

1) несовершеннолетнего или страдающего психическими недостатками;

2) если суд в приговоре не разделил позицию адвоката-защитника и назначил более тяжкое наказание или за более тяжкое преступление, чем просил адвокат;

3) если адвокат усматривает наличие правовых оснований для смягчения приговора.

Если осужденный, кроме несовершеннолетних и лиц, страдающих психическими недо-статками, возражает против обжалования приговора, адвокат должен по возможности получить от него письменный отказ от обжалования приговора.

Статья 14

1. При невозможности по уважительным причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании или следственном действии, а также при намерении ходатайствовать о назначении другого времени, адвокат по возможности должен заблаговременно уведомить об этом суд или следователя, а также сообщить об этом другим адвокатам, участвующим в процессе, и согласовать с ними взаимно приемлемое время.

2. Адвокат вправе беседовать с процессуальным противником своего доверителя, которого представляет другой адвокат, только с согласия или в присутствии последнего.

Статья 15

1. Адвокат строит свои отношения с другими адвокатами на основе взаимного уважения и соблюдения их профессиональных прав.

2. Адвокат воздерживается от:

– употребления выражений, умаляющих честь, достоинство или деловую репутацию другого адвоката, при составлении документов и высказываниях при осуществлении адвокатской деятельности;

– употребления в беседах с лицами, обратившимися за оказанием юридической помощи, и с доверителями выражений, порочащих другого адвоката, а также критики правильности действий и консультаций другого адвоката, ранее оказывающего юридическую помощь этим лицам;

– обсуждения с лицами, обратившимися за оказанием юридической помощи, и с доверителями обоснованности гонорара, взимаемого другими адвокатами.

3. Адвокат не вправе склонять к заключению соглашения о предоставлении юридической помощи лицо, пришедшее в адвокатское образование к другому адвокату.

4. Поручение на ведение дела против адвоката в связи с его профессиональной деятельностью может быть принято другим адвокатом только после предварительного уведомления Совета.

Если адвокат принимает поручение на представление доверителя в конфликте с другим адвокатом, он должен сообщить об этом коллеге и при соблюдении интересов доверителя предложить окончить спор миром.

5. Отношения между адвокатами не должны влиять на защиту интересов участвующих в деле сторон. Адвокат не вправе поступаться интересами доверителя ни во имя товарищеских, ни каких-либо иных отношений.

6. Адвокат обязан выполнять решения органов адвокатской палаты, принятые в пределах их компетенции.

7. Адвокат обязан участвовать лично или материально в оказании юридической помощи бесплатно или по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда в порядке, определяемом адвокатской палатой субъекта Российской Федерации.

Статья 16

1. Адвокат имеет право на получение гонорара, причитающегося ему в качестве возна-граждения за исполняемую работу, а также на возмещение понесенных им издержек и расходов.

2. Гонорар адвоката определяется соглашением сторон и может учитывать объем и сложность работы, продолжительность времени, необходимого для ее выполнения, опыт и квалификацию адвоката, сроки, степень срочности выполнения работы и иные обстоятельства.

3. Адвокату следует воздерживаться от заключения соглашения о гонораре, при котором выплата вознаграждения ставится в зависимость от окончания дела в пользу доверителя.

Данное правило не распространяется на имущественные споры, по которым вознаграждение может определяться пропорционально к цене иска в случае успешного завершения дела.

4. Адвокату запрещается делить гонорар, в частности, под видом разделения обязанностей, с лицами, не являющимися адвокатами.

5. Адвокату запрещается принимать от доверителя какое-либо имущество в обеспечение соглашения о гонораре, за исключением авансового платежа.

Статья 17

1. Информация об адвокате и адвокатском образовании допустима, если она не содержит:

1) оценочных характеристик адвоката;

2) отзывов других лиц о работе адвоката;

3) сравнений с другими адвокатами и критики других адвокатов;

4) заявлений, намеков, двусмысленностей, которые могут ввести в заблуждение потенциаль-ных доверителей или вызывать у них безосновательные надежды.

2. Если адвокату (адвокатскому образованию) стало известно о распространении без его ведома рекламы его деятельности, которая не отвечает настоящим требованиям, он обязан сообщить об этом Совету Адвокатской палаты соответствующего субъекта Российской Федерации.

Статья 18

1. Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и настоящим Кодексом, установленных собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты.

2. Не может повлечь применение мер дисциплинарной ответственности действие (бездействие) адвоката, формально содержащее признаки нарушения требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, предусмотренного п. 1 нас-тоящей статьи (далее – нарушение), однако в силу малозначительности не порочащее честь и достоинство адвоката, не умаляющее авторитет адвокатуры и не причинившее существенного вреда доверителю или адвокатской палате.

3. Адвокат, действовавший в соответствии с разъяснениями Совета относительно применения положений настоящего Кодекса, не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности.

4. Меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными разделом 2 настоящего Кодекса.

5. Меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату не позднее шести месяцев со дня обнаружения проступка адвоката, не считая времени болезни адвоката, нахождения в отпуске.

Меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более одного года.

6. Мерами дисциплинарной ответственности могут являться:

3) прекращение статуса адвоката;

4) иные меры, установленные собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты в соответствии с подпунктом 13 пункта 2 статьи 30 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».