Судебная практика облигации

Рубрики Статьи

Энциклопедия судебной практики. Облигации и иные эмиссионные ценные бумаги общества (Ст. 33 Федерального закона «Об акционерных обществах»)

Энциклопедия судебной практики
Облигации и иные эмиссионные ценные бумаги общества
(Ст. 33 Федерального закона «Об акционерных обществах»)

1. Облигации общества

1.1. Признание недействительным поручительства по облигациям возможно только при недействительности выпуска облигаций в целом

Действительность договора поручительства имеет существенное значение для исполнения обязательств по облигациям с обеспечением в силу того, что размещение таких облигаций затрагивает интересы неограниченного круга лиц, которые правомерно полагаются на действительность упомянутого договора при приобретении облигаций, публичную достоверность условий размещения таких облигаций, если их выпуск зарегистрирован и не признан недействительным в установленном порядке. В связи с этим признание недействительным договора поручительства возможно лишь при условии недействительности выпуска облигаций в целом.

Исследовав обстоятельства дела и представленные доказательства, суды пришли к выводам о том, что основания для признания сделок недействительными отсутствуют, поскольку доказательств того, что в результате исполнения обязательств по поручительству должнику или его кредиторам были или могут быть причинены убытки и что поручительство было предоставлено с целью причинения вреда кредиторам должника, не представлено; довод о заинтересованности в заключении договоров поручительства судами отклонен со ссылкой правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 27.04.2010 N 18169/09, где указано, что признание недействительным договора поручительства в отсутствие недействительности выпуска облигаций в целом невозможно.

Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 27.04.2010 N 18169/09, согласно которой действительность договора поручительства имеет существенное значение для исполнения обязательств по облигациям с обеспечением в силу того, что размещение таких облигаций затрагивает интересы неограниченного круга лиц, которые правомерно полагаются на действительность упомянутого договора при приобретении облигаций, публичную достоверность условий размещения таких облигаций, если их выпуск зарегистрирован и не признан недействительным в установленном порядке. В связи с этим признание недействительным договора поручительства возможно лишь при условии недействительности выпуска облигаций в целом.

Учитывая, что правоотношения в сфере рынка ценных бумаг, возникающие при размещении облигаций, имеют публичный характер и затрагивают интересы неограниченного круга лиц, которые правомерно полагаются на публичную достоверность условий размещения облигаций, если их выпуск зарегистрирован и не признан недействительным в установленном порядке, то доводы ответчика-эмитента о несоответствии условий Решения о выпуске ценных бумаг требованиям действующего законодательства, а также высказанные ответчиками-поручителями в судах первой и апелляционной инстанции доводы о недействительности договоров поручительства, включенных в текст Решения о выпуске ценных бумаг, не могут быть признаны состоятельными, поскольку признание условий Решения о выпуске ценных бумаг и таких договоров поручительства недействительными возможно лишь при условии недействительности выпуска облигаций в целом.

1.2. Отсутствие подписи поручителя на сертификате облигаций не является основанием для признания недействительным обеспечения

Исходя из положений ст. 27.4 Закона о рынке ценных бумаг, договор поручительства, которым обеспечивается исполнение обязательств по облигациям, считается заключенным с момента возникновения у их первого владельца прав на такие облигации. При этом письменная форма договора поручительства считается соблюденной.

Учитывая, что в рассматриваемом случае выпуск и обращение облигаций производились без оформления документов (сертификатов), подтверждающих права каждого из владельцев облигаций, отсутствие подписи поручителя на едином сертификате не может рассматриваться как нарушение требований к форме договора поручительства по указанным ценным бумагам. Положения ст.ст. 18 и 27.2 Закона о рынке ценных бумаг, определяющие порядок оформления прав приобретателей ценных бумаг, направлены на защиту интересов приобретателей ценных бумаг и не могут использоваться лицами, публично выразившими волю о принятии на себя обязательства по ценным бумагам, для уклонения от их исполнения.

1.3. Облигации, вносимые в качестве залога по уголовному делу, должны быть переданы по акту приема-передачи, прилагаемому к протоколу внесения залога

По смыслу частей 4 и 5 статьи 106 УПК РФ залог следует считать внесенным, если залогодатель внес или передал предмет залога суду или органу, в производстве которого находится уголовное дело, а последний принял его, о чем составлен протокол. Если предметом залога является недвижимое имущество, допущенные к публичному обращению в Российской Федерации акции и облигации, ценности, к протоколу должен быть приложен акт приема-передачи предмета залога (пункт 5 Положения об оценке, содержании предмета залога по уголовному делу, управлении им и обеспечении его сохранности).

1.4. Недействительность соглашения о поручительстве между поручителем и должником не свидетельствует об отсутствии поручительства по облигациям, выпущенным с обеспечением

Согласно ст. 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Исходя из смысла данной статьи договор поручительства заключается между кредитором по обязательству и поручителем.

На основании изложенного Президиум пришел к выводу о том, что договор, заключенный между эмитентом и обществом, является не договором поручительства, а соглашением о предоставлении поручительства третьим лицам — владельцам облигаций эмитента. Признание такого соглашения недействительным не влияет на права компании как кредитора и обязательства общества как поручителя по облигациям, поскольку указанные права и обязанности возникли на основании решения о выпуске ценных бумаг, безотзывной оферты общества и ее акцепта компанией при приобретении облигаций.

1.5. Отсутствие подписи поручителя в решении о выпуске облигаций и проспекте не свидетельствует об отсутствии поручительства

Рассматривая требование банка, суды установили факт отсутствия в решении о выпуске ценных бумаг и в проспекте ценных бумаг подписи должника как лица, предоставившего обеспечение за эмитента, и на основании указанных выше норм Закона о рынке ценных бумаг и статьи 362 Кодекса сделали вывод о несоблюдении простой письменной формы договора поручительства. Между тем судами не учтено следующее.

Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению перечисленных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (п. 3 ст. 438 ГК РФ).

Из материалов дела видно, что должник в качестве поручителя обязался отвечать за исполнение другим поручителем (поручителем первого уровня) его обязательств по обеспечению исполнения обязательств эмитента по облигациям. Из содержания оферты усматривается его ясно выраженная воля на предоставление поручительства.

Предоставление должником обеспечения по обязательствам первого поручителя в форме, доступной для всех приобретателей ценных бумаг, как и покупка кредитором облигаций эмитента, свидетельствуют о наличии сложившихся между сторонами договорных обязательств.

2. Иные эмиссионные ценные бумаги общества

2.1. Опцион эмитента не обязывает приобретать акции в будущем

Согласно статье 8 Закона Российской Федерации от 20.02.1992 N 2383-1 «О товарных биржах и биржевой торговле» опционные сделки представляют собой сделки, связанные с уступкой прав на будущую передачу прав и обязанностей в отношении биржевого товара или контракта на поставку биржевого товара. Понятие опциона эмитента предусмотрено в статье 2 Федерального закона «О рынке ценных бумаг».

Из содержания приведенных норм следует, что объектом опционной сделки является право на приобретение или продажу «товара» по фиксированной цене. При этом приобретатель не обязан приобретать или продавать «товар».

Федеральным законом от 21.11.2011 г. N 327-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об организованных торгах» Закон РФ от 20.02.1992 г. N 2383-I «О товарных биржах и биржевой торговле» признан утратившим силу с 01.01.2014 г.

2.2. Затраты при совершении опционных сделок можно учесть в целях налогообложения прибыли

Апелляционный суд, исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 40, 274, 280, 301-305 НК РФ, отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил требования банка, признав правомерными квалификацию совершенных сделок для целей налогообложения как операции с финансовыми инструментами срочных сделок и отнесение в состав расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, затрат по исполнению форвардных контрактов по соглашению о неттинге.

Судами установлено, что для целей налогообложения на момент исполнения сделки все обязательства по опционам оценены в соответствии с условиями заключенных договоров. В составе расходов ОАО указало балансовую стоимость передаваемого базисного актива. Прибыль по данным операциям включена в налоговую базу по налогу на прибыль. Расчет доходов и расходов подтверждается справками о финансовом результате по опционным контрактам, составленными на основании данных налоговых регистров, которые предоставлялись в налоговый орган при проведении проверки.

Таким образом, вывод налогового органа о том, что имелась разница между фактически отраженным доходом для целей налогообложения и доходом, определяемом с учетом положений статьи 326 НК РФ, правомерно признан судами необоснованным и противоречащим положениям ст.ст. 303, 305, 326 НК РФ, в связи с чем, вывод налогового органа о занижении ОАО налоговой базы по налогу на прибыль в нарушение в размере 41 574 900 рублей не может быть признан правомерным.

Из материалов дела следует, что общество заключило соглашения об опционе, по условиям которых Банк (продавец) обязуется предоставить, а покупатель — приобрести и оплатить опцион (необязательное право покупателя по истечении определенного срока купить у продавца ценные бумаги). Соглашения об опционе и договоры купли-продажи акций реально исполнены и в установленном порядке не признаны недействительными.

Цена спорных сделок установлена в пределах 20-процентного отклонения от расчетной цены этого финансового инструмента срочных сделок, которая определяется на дату заключения срочной сделки с учетом конкретных условий заключенной срочной сделки, особенностей обращения и цены базисного актива.

Поскольку заключенные Банком сделки обоснованно признаны как сделки с финансовыми инструментами срочных сделок, их цены не могут оцениваться относительно положений подп. 4 п. 2 ст. 40 НК РФ, а отнесение стоимости их приобретения в расходы по цене сделки не противоречит нормам п. 2 ст. 280 НК РФ.

2.3. Плата за опцион не облагается налогом на добавленную стоимость

В силу подп. 12 п. 2 ст. 149 НК РФ не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) реализация (а также передача, выполнение, оказание для собственных нужд) на территории Российской Федерации долей в уставном (складочном) капитале организаций, паев в паевых фондах кооперативов и паевых инвестиционных фондах, ценных бумаг и инструментов срочных сделок (включая форвардные, фьючерсные контракты, опционы).

Поскольку реализация ценных бумаг налогом не облагается, в налоговую базу по НДС не подлежит включению также и списанная дебиторская задолженность по договорам уступки права требования задолженности по оплате ценных бумаг.

Следовательно, суд сделал обоснованный вывод о недействительности решения инспекции в части начисления НДС, пеней по этому налогу и налоговых санкций, предусмотренных п. 1 ст. 122 НК РФ.

Авансовые платежи, подлежащие включению в налоговую базу по налогу на добавленную стоимость, с учетом позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 30.09.2004 N 318-О, представляют денежные суммы, полученные налогоплательщиком в качестве предоплаты, то есть до момента фактической отгрузки товаров (выполнения работ, оказания услуг) покупателям.

Одновременно с этим в соответствии с подп. 12 п. 2 ст. 149 НК РФ не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) реализация (а также передача, выполнение, оказание для собственных нужд) на территории Российской Федерации долей в уставном (складочном) капитале организаций, паев в паевых фондах кооперативов и паевых инвестиционных фондах, ценных бумаг и инструментов срочных сделок (включая форвардные, фьючерсные контракты, опционы).

Читайте так же:  Увольнение адвоката по собственному желанию

Таким образом, плата за опцион не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) налогом на добавленную стоимость.

Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

В «Энциклопедии судебной практики. Закон об акционерных обществах» собраны и систематизированы правовые позиции судов по вопросам применения статей Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ «Об акционерных обществах».

Каждый материал содержит краткую характеристику позиции суда, наиболее значимые фрагменты судебных актов, а также гиперссылки для перехода к полным текстам.

Материал приводится по состоянию на 1 июля 2017 г.

См. информацию об обновлениях Энциклопедии судебной практики

При подготовке «Энциклопедии судебной практики. Закон об акционерных обществах» использованы авторские материалы, предоставленные кандидатом филологических наук А. Ефременковым, кандидатом юридических наук А. Фроловой, кандидатом юридических наук С. Хаванским, М. Михайлевской, Ю. Рожковой, П. Шумилиным.

Дело NФ07-12948/2016 по делу N А56-11366/2015. О взыскании солидарно с эмитента и поручителя номинальной стоимости облигаций, процентов за пользование чужими денежными средствами.

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

от 13 февраля 2017 г. по делу N А56-11366/2015

История рассмотрения дела

Резолютивная часть определения объявлена 13 февраля 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2017 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Бычковой Е.Н., Ковалева С.Н., при участии от общества с ограниченной ответственностью «Третий займ» конкурсного управляющего Бочкарева М.А. (решение от 21.10.2016 по делу N А56-46590/2016), от публичного акционерного общества «Первый инвестиционный фонд недвижимости Меридиан» Протопоповой А.А. (доверенность от 02.02.2017), от акционерного общества «Трансфингруп» Бочко И.А. (доверенность от 09.01.2017), рассмотрев 06.02.2017 и 13.02.2017 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Третий займ» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.05.2015 (судья Чекунов Н.А.,) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2016 (судьи Масенкова И.В., Глазков Е.Г., Зайцева Е.К.) по делу N А56-11366/2015,

Публичное акционерное общество «Первый инвестиционный фонд недвижимости Меридиан», место нахождения: Москва, Смольная ул., д. 24, корп. «Д», ОГРН 1027739441971, ИНН 7704038268 (до 29.03.2016 — открытое акционерное общество «Первый инвестиционный фонд недвижимости Меридиан»; далее — Фонд), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Третий Займ», место нахождения: Санкт-Петербург, Петропавловская ул., д. 4, ОГРН 1097847176129, ИНН 7813446965 (далее — ООО «Третий займ»), обществу с ограниченной ответственностью «ПЭБ Лизинг», место нахождения: Санкт-Петербург, Петропавловская ул., д. 4, ОГРН 1037808041116, ИНН 7804171062 (далее — ООО «ПЭБ Лизинг»), о взыскании солидарно 28 926 090 руб. номинальной стоимости облигаций, выпуск которых был зарегистрирован Федеральной службой по финансовым рынкам 27.08.2009 за номером 4-03-36171-R; 1 052 632 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 12.09.2014 по 20.02.2015, а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.02.2015 по день фактической уплаты ответчиками денежных средств в объеме не исполненных эмитентом обязательств в размере 28 926 090 руб. (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее — АПК РФ).

Определением от 14.04.2015 в качестве соистца в дело вступило закрытое акционерное общество «Управляющая Компания «Трансфингруп» — доверительный управляющий пенсионными резервами НПФ «Благосостояние» на основании договора доверительного управления от 16.01.2008 N 14/ДУ, место нахождения: Москва, ул. Маши Порываевой, д. 34, пом. II, ОГРН 1037739614604, ИНН 7708168370 (далее — Компания), с требованием о взыскании с ООО «Третий займ» 424 570 059 руб. номинальной стоимости облигаций.

Решением суда от 25.05.2015 требования истцов удовлетворены.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2016 указанное решение отменено в части удовлетворения исковых требований Фонда о взыскании 28 926 090 руб. долга и 1 052 632 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами на указанную сумму неисполненных обязательств, начисленных за период с 21.02.2015 по день фактической уплаты по ставке 8,25% годовых. В указанной части исковые требования Фонда оставлены без рассмотрения.

В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ООО «Третий займ», ссылаясь на неправильное применение судами норм права и несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как указывает податель жалобы, в определении от 14.04.2015 отсутствует указание на завершение предварительного заседания и на переход в основное, а 19.05.2015 от предварительного заседания суд перешел в основное и вынес решение в отсутствие представителей ответчиков. В связи с этим ООО «Третий займ» полагает, что ответчики не были надлежащим образом уведомлены о дате и времени рассмотрения дела по существу.

По мнению ООО «Третий займ», суд необоснованно возложил на него обязанности, не предусмотренные условиями выпуска облигаций: решение о выпуске облигаций содержит указание на то, что поручитель не несет ответственности за уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и иных убытков владельцев облигаций, вызванных ненадлежащим исполнением обеспеченных поручительством обязательств по облигациям.

Податель жалобы полагает, что суды ошибочно не учли то обстоятельство, что истцами не была исполнена предусмотренная условиями размещения ценных бумаг обязанность по направлению поручителю требования об исполнении обязательства, датой предъявления которого считается дата его получения.

Кроме того, ООО «Третий займ» ссылается на недоказанность по размеру предъявленных к нему требований истцов исходя из того, что задолженность была включена в реестр требований кредиторов ООО «ПЭБ Лизинг» и погашена на 48,95%. В связи с этим, как утверждает податель жалобы, у суда не имелось оснований взыскивать с поручителя долг в заявленном размере.

В отзывах на кассационную жалобу Фонд и Компания просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании 06.02.2017 конкурсный управляющий ООО «Третий займ» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представители Фонда и Компании возражали против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте его рассмотрения, но представителей в судебное заседание не направили.

На основании части 1 статьи 163 АПК РФ в судебном заседании по рассмотрению кассационной жалобы 06.02.2017 был объявлен перерыв до 15 часов 30 минут 13.02.2017.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе судей, участвующие в деле лица представителей в судебное заседание не направили.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами, Фонд является владельцем 29 130 облигаций на предъявителя с обязательным централизованным хранением серии 01, номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, со сроком погашения на 1820-й день с даты начала размещения облигаций, размещенных путем открытой подписки; эмитент — ООО «ПЭБ Лизинг»; выпуск зарегистрирован Федеральной службой по финансовым рынкам 27.08.2009 за номером 4-03-36171-R. В доверительном управлении Компании находятся 427 563 такие облигации.

В соответствии с пунктом 7 решения о выпуске ценных бумаг ООО «ПЭБ Лизинг» владелец облигации имеет право на получение номинальной стоимости облигаций и процентов от номинальной стоимости облигаций (купонный доход) в порядке и сроки, установленные этим решением и проспектом эмиссии ценных бумаг.

Требования владельцев облигаций обеспечены поручительством ООО «Третий займ».

Эмитентом 12.09.2014 в Интернете опубликованы сообщения о неисполнении его обязательств по облигационному займу в связи с отсутствием денежных средств.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истцы обратились в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, установив факт неисполнения обязательств, правильно применив положения статей 307 , 309 — 310 , пункта 1 статьи 819 и статьи 816 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), статьи 2 и пункта 1 статьи 18 Федерального закона от 22.04.1996 N 39 «О рынке ценных бумаг «, признал обоснованными требования истцов в части взыскания номинальной стоимости облигаций и процентов от их номинальной стоимости (купонного дохода).

Доказательства исполнения обязательств ответчиками суду не были представлены, данное обстоятельство не опровергнуто подателем кассационной жалобы.

Апелляционный суд установил, что решением суда от 01.10.2015 по делу N А56-5387/2015 ООО «ПЭБ Лизинг» признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника; определением суда от 25.11.2015 по указанному делу было принято к производству заявление Фонда о включении требования в размере 28 926 090 руб. в реестр требований кредиторов должника, которое определением суда от 17.02.2016 признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника в третью очередь удовлетворения.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 148 АПК РФ апелляционный суд правомерно оставил означенное требование без рассмотрения.

Апелляционная инстанция также обоснованно согласилась с выводами суда первой инстанции о правомерности требований истцов в части взыскания номинальной стоимости облигаций и процентов от их номинальной стоимости (купонного дохода).

Отклоняя довод ООО «Третий займ» о процессуальных нарушениях, допущенных судом первой инстанции, апелляционный суд верно указал, что доказательств воспрепятствования ответчику в реализации его процессуальных прав, закрепленных в статье 41 АПК РФ, последний не представил; риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий несут участвующие в деле лица ( часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Утверждение подателя кассационной жалобы о ненадлежащем уведомлении его о дате и времени рассмотрения дела по существу опровергается материалами дела. Определением от 14.04.2015 рассмотрение дела отложено на 19.05.2015. Данное определение было направлено лицам, участвующим в деле, а также размещено на сайте суда в Интернете (т. 1 л.д. 151 — 154).

Довод подателя кассационной жалобы о невозможности взыскать задолженность с поручителя ввиду включения требования истца в реестр требований кредиторов основного должника в рамках дела о банкротстве последнего является неправомерным, поскольку предъявление требований в отношении должника по основному обязательству в рамках дела о банкротстве не прекращает обязательств поручителей.

Таким образом, судами правомерно удовлетворены требования истцов о взыскании с ООО «Третий займ» денежных средств в объеме неисполненных обязательств по выплате номинальной стоимости облигаций и купонного дохода, а именно: 28 926 090 руб. в пользу Фонда и 424 570 059 руб. в пользу Компании.

Между тем вывод судов о наличии правовых оснований для взыскания с ООО «Третий займ» как поручителя процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов не соответствует представленным в материалы дела доказательствам и положениям пункта 2 статьи 363 ГК РФ.

Согласно позиции, изложенной в пункте 17 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и N 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 N 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», по смыслу пункта 2 статьи 363 ГК РФ обязательство поручителя перед владельцами облигаций состоит в том, что он должен нести ответственность за эмитента облигаций в том же объеме, как и эмитент, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков владельцев облигаций, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченных поручительством обязательств по облигациям, если иное не предусмотрено договором поручительства (решением о выпуске облигаций, обеспеченных поручительством).

Читайте так же:  Договор мены не указана цена

Учитывая дополнительный характер обязательства поручителя, владелец облигаций вправе требовать взыскания с поручителя процентов в связи с просрочкой исполнения обеспеченного поручительством обязательства на основании статьи 395 ГК РФ до фактического погашения долга. При этом проценты начисляются в том же порядке и размере, в каком они подлежали возмещению эмитентом облигаций, если иное не установлено договором поручительства (решением о выпуске облигаций, обеспеченных поручительством).

Суды не дали оценку тому обстоятельству, что согласно пунктам 7.3 и 12.2 решения о выпуске ценных бумаг, пункту 3.1.5 оферты о предоставлении обеспечения в виде поручительства для целей выпуска облигаций (т.д. 1, л. 51, 74 — 76) ответственность поручителя ограничена: последний не несет ответственность за уплату процентов, возмещению судебных издержек по взысканию долга и других убытков владельцев облигаций, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченных поручительством обязательств.

Приведенный в апелляционной жалобе довод ООО «Третий займ» об ограничении его ответственности означенным пунктом 3.1.5 оферты и пунктами 7.3, 9.7 и 12.2 решения о выпуске ценных бумаг оценки апелляционного суда не получил.

В связи с тем что содержащиеся в обжалуемых судебных актах выводы о наличии оснований для взыскания с ООО «Третий займ» как поручителя процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, существенные обстоятельства судом не установлены, судебные акты в указанной части в силу части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене, а дело — направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит исследовать изложенные обстоятельства, в зависимости от установленного разрешить спор.

Руководствуясь статьями 286 , 287 , 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.05.2015 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2016 по делу N А56-11366/2015 отменить в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Третий займ» в пользу публичного акционерного общества «Первый инвестиционный фонд МЕРИДИАН» — 1 052 632 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неисполненных обязательств 28 926 090 руб., начисленных за период с 21.02.2015 по день фактической уплаты по ставке 8,25% годовых; 86 447 руб. расходов по оплате государственной пошлины; в пользу закрытого акционерного общества «Управляющая компания «Трансфингруп» Д.У. пенсионными резервами НПФ «БЛАГОСОСТОЯНИЕ» — 86 447 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части оставить без изменения указанное постановление апелляционного суда.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение в отмененной части.

Облигационные споры: формирование единообразной судебной практики

Коллектив авторов, VEGAS LEX

Предпосылки для формирования единообразной судебной практики по облигационным спорам

Начиная с весны 2008 г. арбитражные суды оказались в ситуации, когда с исками к эмитентам стали массово обращаться владельцы корпоративных облигаций, размещенных в основном на российских биржах путем открытой подписки.

Причиной такого положения стали многочисленные дефолты эмитентов по выплате купонного дохода и погашению облигаций, а также неисполнение условий оферт по выкупу последних в обусловленные сроки. Некогда очень успешные крупные компании перестали вести какой-либо диалог с организаторами займов и владельцами указанных ценных бумаг, полностью отстранившись от проблемного облигационного займа, не оставив инвесторам иного выхода, кроме как обратиться в суды.

Надо отметить, что данного рода споры и ранее имели место в российской арбитражной практике. Однако они носили несколько другой характер: касались неисполнения государством обязательств по ГКО (государственным краткосрочным облигациям). Вместе с тем едва ли получится извлечь пользу из приобретенного тогда опыта и принятых актов, так как характер правоотношений и подход арбитражных судов к названной ситуации можно описать как «хаотичные и бесполезные» попытки инвесторов защитить свои права.

Отсутствие споров по корпоративным облигациям до 2008 г. привело к формированию очень противоречивой практики: арбитражный суд одного региона, но в разных составах мог вынести абсолютно противоположные определение, решение или постановление, рассматривая разногласия с одним и тем же эмитентом, но с иными владельцами облигаций. Схожая ситуация сохраняется и по настоящий день, однако некоторые позитивные тенденции все же наметились с весны 2009 г., когда ряд споров был пересмотрен судами апелляционной или кассационной инстанций.

Причина такого положения дел кроется именно в новизне облигационных правоотношений в плоскости урегулирования споров и отсутствии выработанных подходов к их единообразному разрешению арбитражными судами всех государственно-правовых образований и уровней.

Сложный субъектный состав облигационного займа и непосредственно процесс размещения и обращения облигаций, наличие множества нюансов, заложенных в эмиссионных документах их выпуска и офертах, связанных с исполнением эмитентом обязательств по их выкупу, выплате купонного дохода и погашению названных ценных бумаг, привели к формированию ущербной, с точки зрения толкования закона и договора облигационного займа, судебной практики по данного рода спорам уже как минимум в судах первой и апелляционной инстанций, а по конкретным делам такая ситуация сложилась даже на кассационном уровне.

Мероприятия по формированию единообразия судебной практики по облигационным спорам

Исправить ситуацию и направить формирование судебной практики в нужное правовое русло, отвечающее интересам как владельцев облигаций, так и эмитента, можно с помощью разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ (далее — ВАС РФ). Используя механизмы ст. 9 и 13 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в Российской Федерации», он вправе дать их по вопросам судебной практики по облигационным спорам путем издания постановления Пленума ВАС РФ.

Таким документом, по нашему мнению, должно стать Постановление Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением и толкованием арбитражными судами гражданского законодательства, законодательства о рынке ценных бумаг, арбитражного процессуального законодательства при разрешении споров между эмитентами облигаций, эмитентами облигаций с обеспечением, лицами, предоставившими обеспечение по облигациям эмитента с обеспечением, и владельцами облигаций, возникающих в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по облигациям» (далее — Постановление ВАС РФ).

Цель принятия указанного Постановления ВАС РФ — дать арбитражным судам разъяснения по возникающим в практике вопросам, касающимся реализации владельцами облигаций права на судебную защиту, толкования и применения положений ГК РФ, Федерального закона «О рынке ценных бумаг», АПК РФ при разрешении споров между эмитентами облигаций без обеспечения и с ним, лицами, предоставившими обеспечение по последним, и владельцами названных ценных бумаг, возникающих в связи с ненадлежащим исполнением эмитентом обязательств, и для формирования единообразных подходов к их урегулированию.

Конкретные разъяснения, предлагаемые для издания Постановления ВАС РФ

В Постановлении ВАС РФ, кроме того, должен быть затронут ряд иных важнейших вопросов, возникающих при разрешении облигационных споров, в том числе определение подсудности последних, момент возникновения у владельца облигаций права на судебную защиту, ситуации и последст­вия расторжения договора облигацион­ного займа, досрочного исполнения обязательств по нему, случаи применения ст. 395 ГК РФ и взыскания купонного дохода за весь период размещения и т.д.

Разъяснение вопроса об определении подсудности облигационных споров

Безусловно, одним из самых актуальных и противоречивых вопросов, возникших при разрешении облигационных споров, является их подсудность. Примером очевидного несоответствия в решении данной проблемы могут служить акты, вынесенные Девятым арбитражным апелляционным судом в рамках одного выпуска облигаций, но по спорам эмитента с разными их владельцами.

Так, в Постановлении Девятого ААС № 09АП-3837/2009-ГК от 12 марта 2009 г. по делу № А40-84931/08-45-770 имеется вывод о том, что «указание в п. 9.1.2 Проспекта ценных бумаг на приобретение ООО «АЛПИ-Инвест» облигаций на ЗАО «Фондовая биржа ММВБ» (место нахождения — г. Моск­ва) через агента ЗАО ИК «Тройка-Диалог» (место нахождения — г. Москва) не является указанием в договоре на место исполнения договора».

Между тем 13 мая 2009 г. названный орган вынес абсолютно противоположное постановление по вопросу о подсудности спора между владельцем облигаций с теми же эмитентом и поручителями. В частности, получив жалобу ЗАО «Национальная управляющая компания» (Д.У.) на Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 апреля 2009 г. по делу № А40-94881/08-137-876 о передаче последнего в Арбитражный суд Красноярского края, апелляционный орган отменил указанный акт и направил дело для рассмотрения по существу в суд первой инстанции (то есть в Арбитражный суд г. Москвы), указав, что «в данном случае исполнение обязательств, связанных с оборотом ценных бумаг, в том числе их погашение, подлежит осуществлению на территории г. Москвы», в связи с чем «вывод суда первой инстанции о подсудности данного спора Арбитражному суду Красноярского края нельзя признать правомерным». В обоснование этого вывода он сослался на следующее:

1) п. 9.6 проспекта эмиссии установлено, что услуги по размещению ценных бумаг осуществляет ЗАО ИК «Тройка-Диалог», находящееся в Москве;

2) из п. 9.8 проспекта следует, что организатором торговли на рынке ценных бумаг является ЗАО «ФБ «ММВБ»», также располагающееся в Москве;

3) все остальные агенты эмитента, связанные с обращением спорных облигаций (а именно НКО ЗАО «Расчетная палата ММВБ», выполняющая резервирование денежных средств на приобретение ценных бумаг, и НК «НДЦ» (платежный агент), осуществляющий погашение указанных облигаций), также находятся на территории г. Москвы.

В совокупности указанные обстоятельства позволили апелляционной инстанции сделать вывод о возможности предъявления иска по месту исполнения договора в соответствии со ст. 36 АПК РФ, то есть в Арбитражный суд г. Москвы. Именно такая позиция в наибольшей степени отвечает фактическим обстоятельствам дела и указывает на возможность рассмотрения спора названным органом.

Учитывая подобного рода противоречивую практику, судам при применении ст. 35, 36 АПК РФ следует рекомендовать обращать внимание на то, что в случае ненадлежащего исполнения эмитентом и/или лицом, предоставившим обеспечение, включая невыплату купонного дохода, несоблюдение условий оферты или непогашение облигаций, но не ограничиваясь этим, в отсутствие в эмиссионных документах выпуска названных ценных бумаг положений о договорной подсудности их владелец вправе предъявить иск к указанным субъектам в арбитражный суд по месту нахождения ответчика (одного из них) или исполнения сог­лашения.

Здесь суды и сталкиваются со сложностями толкования эмиссионных документов и оферт эмитентов. Однако, в соответствии с предлагаемыми рекомендациями, под местом исполнения договора для облигаций, размещенных на фондовой бирже, следует понимать территорию нахождения следующих агентов эмитента, прямо поименованных в эмиссионных документах выпуска названных ценных бумаг: биржи; иных агентов эмитента, связанных с обращением облигаций, включая организацию, резервирующую денежные средства на выплату очередного процента (купонного дохода), приобретение ценных бумаг, а также платежного агента, осуществляющего их погашение.

Читайте так же:  Как узнать налог на имущество юридических лиц

Суд в данном случае должен сделать вывод о месте исполнения договора, исходя из анализа соответствующих положений эмиссионных документов, т. е. решения о выпуске облигаций и их проспекта или оферты эмитента об их выкупе (в зависимости от неисполненного обязательства), в которых вышеупомянутые агенты прямо поименованы с указанием на территорию их нахождения и выполняемые функции в рамках размещения и обращения названных ценных бумаг.

Уместность данного рода разъяснений не вызывает ни доли сомнения ни у кого из участников рассматриваемого рынка, так как именно такие формулировки позволят упорядочить позицию судов по указанному вопросу и дадут возможность инвесторам при предъявлении иска устранить любые сомнения в том, правильно ли ими определена подсудность по тому или иному спору.

Разъяснение вопроса о моменте возникновения у владельца облигаций права на судебную защиту

От того, насколько правильно владелец облигаций определит, с какого момента он вправе предъявить эмитенту требование в судебном порядке, зачастую зависит исход дела в целом, так как несоблюдение определенных сроков и/или ряда формальных условий, установленных законом или следующих из содержания договора, может повлечь негативное решение суда, даже несмотря на то, что право дейст­вительно было нарушено и подлежит защите.

Разъяснения ВАС РФ должны быть основаны, прежде всего, на том, что при установлении времени возникновения у владельца облигаций законодательно закрепленной возможности на судебную защиту следует исходить из того, какое конкретно право было нарушено, какие действия (в том числе досудебные) предприняты в целях его защиты и какое именно исковое требование предъявляется эмитенту.

Если речь идет о получении очередного купонного дохода и требовании о взыскании с эмитента денежных средств в его размере, то здесь право на обращение в суд возникает на следующий день после даты, в которую первый должен быть, но не был выплачен эмитентом. Аналогичное правило действует в отношении неисполненного обязательства по оферте и/или погашению облигаций.

Более сложный подход имеет место при реализации права на судебную защиту при предъявлении к эмитенту иска о расторжении договора облигационного займа и взыскании убытков, причиненных этим.

В данном случае необходимо учитывать положения п. 2 ст. 450 ГК РФ и п. 6.2.10 Стандартов эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг, утвержденных Приказом ФСФР России от 25 января 2007 г. № 07-4/пз-н (далее — Стандарты эмиссии), исходя из которых право владельца облигации на обращение в арбитражный суд с иском к эмитенту о расторжении договора облигационного займа возникает при просрочке исполнения обязательства либо на восьмой (если последнее касается выплаты купонного дохода), либо на тридцать первый день (если оно заключается в погашении номинальной стоимости облигаций).

Разъяснение вопроса о досрочном исполнении эмитентом обязательств по договору облигационного займа

Вопросу досрочного исполнения обязательств по договору облигационного займа в связи с невыполнением заемщиком действий по обеспечению возврата суммы последнего, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий по обстоятельствам, за которые заимодавец не отвечает, в разъяснениях ВАС РФ должно быть уделено особое внимание именно через призму закрытого перечня способов обеспечения по облигациям, установленных Федеральным законом «О рынке ценных бумаг».

С этой целью следует разъяснить, что в качестве утраты обеспечения исполнения обязательства облигационного займа судам и владельцам облигаций необходимо рассматривать:

  • банкротство и ликвидацию лица, предоставившего обеспечение;
  • признание поручительства, предоставленного в обеспечение исполнения названных обязательств, недействительной сделкой или незаключенным договором;
  • гибель предмета залога по облигациям с залоговым обеспечением или выбытие его из владения залогодателя помимо его воли;
  • признание банковской, государст­венной или муниципальной гарантии, данной в обеспечение исполнения обязательств по облигациям, недействительной сделкой;
  • аннулирование или приостановление действия лицензии банка, предоставившего банковскую гарантию в такое обеспечение.

При этом, руководствуясь той же логикой, в разъяснения должен быть включен следующий перечень случаев, при наступлении которых можно считать установленным ухудшение условий обеспечения облигационного займа:

  • введение арбитражным судом в отношении лица, предоставившего обеспечение по облигациям эмитента с обеспечением, одной из стадий банк­ротства, предусмотренных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»;
  • принятие компетентными органами поручителя решения о своей реорганизации при условии, что она повлекла или может повлечь уменьшение стоимости чистых активов последнего либо юридического лица, образовавшегося в результате названного процесса, по сравнению с их размером по состоянию на дату государственной регистрации выпуска облигаций с обеспечением в виде поручительства;
  • существенное уменьшение стоимости ценных бумаг и/или недвижимого имущества, составляющего предмет залога по облигациям с залоговым обеспечением.

Кроме того, в текст разъяснений ВАС РФ необходимо включить очень важную оговорку о том, что при разрешении конкретного дела арбитражный суд не должен ограничиваться приведенными в настоящем документе критериями и/или случаями утраты обеспечения исполнения обязательства облигационного займа и/или ухудшения условий его обеспечения, если есть иные (не указанные в данной бумаге) основания полагать, что это имеет место.

В некоторой степени такая оговорка может показаться поводом для злоупотребления правом. Однако следует понимать, что разъяснение ВАС РФ — это не закон, а лишь рекомендации, которыми нельзя ставить нижестоящие суды в жесткие рамки судебного правоприменения.

Кроме того, это предоставляет суду возможность действовать масштабно, учитывать конкретные обстоятельства дела и принимать решение о досрочном исполнении эмитентом обязательств по договору облигационного займа по иным основаниям.

Разъяснение вопроса о взыскании с эмитента купонного дохода за весь период размещения облигаций

Вопрос о взыскании с заемщика процентов за весь срок действия договора займа отдельно урегулирован п. 15 Постановления Пленума ВС РФ № 13, Пленума ВАС РФ № 14 от 8 октября 1998 г. «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», согласно которому «в соответствии с п. 1 ст. 811 ГК РФ в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в порядке и размере, предусмотренных п. 1 ст. 395 ГК РФ, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата заимодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 ГК РФ».

Аналогичный подход подлежит использованию и при разработке соответствующих разъяснений ВАС РФ применительно к договору облигационного займа.

В частности, указанный подход может выражаться в следующем: купонный доход в установленном договором облигационного займа размере может быть взыскан с эмитента и/или лица, предоставившего обеспечение по его облигациям, в полном объеме вплоть до даты, когда он должен исполнить обязательства по погашению в соответствии с положениями эмиссионных документов, по следующим требованиям владельца названных ценных бумаг:

о расторжении договора облигационного займа в случае существенного нарушения эмитентом его условий;

о понуждении к досрочному возврату суммы облигационного займа путем выкупа облигаций эмитентом в случае нарушения последним предусмотренных обязанностей по обеспечению указанного возврата;

о досрочном исполнении обязательств по договору облигационного займа в случае, если в соответствии с годовым бухгалтерским балансом акционерного общества-эмитента или результатами аудиторской проверки стоимость чистых активов общества оказывается меньше его уставного капитала и эмитент не принял решения об уменьшении своего уставного капитала или о ликвидации (п. 4-6 ст. 35 ФЗ «Об акционерных обществах»);

о досрочном исполнении обязательств по договору облигационного займа в случае принятия решения о реорганизации эмитента с учетом особенностей, установленных действующим законодательством в отношении отдельных категорий юридических лиц (ст. 60 ГК РФ; п. 6 ст. 15, п. 5 ст. 51 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»; ст. 23.5 ФЗ «О банках и банковской деятельности»), при условии, что указанный процесс повлек или может повлечь уменьшение стоимости чистых активов эмитента либо юридического лица, образовавшегося в результате этого, по сравнению с их размером по состоянию на дату выпуска облигации.

Вопрос о взыскании купонного дохода по облигациям за весь период размещения должен быть урегулирован отдельно от общих положений о займе, так как обладает некоторой спецификой в части определения процентной ставки, так как она, как правило, не устанавливается сразу же при размещении облигаций.

В связи с этим, если на дату предъявления владельцем облигаций требования о выплате купонного дохода в полном объеме вплоть до момента, когда эмитент обязан исполнить обязательства по погашению названных ценных бумаг в соответствии с положениями эмиссионных документов, последним не принято решение о размере каждого из заявленных им в эмиссионных документах процента до даты погашения, первый вправе произвести расчет, исходя из той величины, которая была установлена эмитентом для определения суммы по последнему купонному доходу, выплаченному либо подлежавшему выплате владельцу облигаций, выдвинувшему соответствующее требование.

Подводя итоги, стоит отметить, что участники рынка ценных бумаг в целом оптимистично воспринимают инициативу по изданию разъяснений ВАС РФ, касающихся разрешения нижестоящими судами облигационных споров.

Более того, такого рода разъяснения должны отражать рекомендации конкретных пострадавших инвесторов, прошедших уже не одну судебную инстанцию в борьбе с недобросовестными эмитентами и доказавших обоснованность своей правовой позиции по тем или иным вопросам, требующим глубокой и детальной проработки для целей их правильного разрешения судом, включая возмещение причиненных эмитентом убытков.

Учитывая предстоящие изменения в законодательстве о рынке ценных бумаг, можно утверждать, что конфликты на российском рынке корпоративных облигаций еще не раз затронут арбитражные суды. Однако это уже будет несколько иная категория споров, тем не менее таких же сложных по субъектному и материально-правовому составам. В этой ситуации регулятору и судам остается лишь оперативно реагировать на новые вызовы путем принятия прогрессивных законов и разработки подробных судебных разъяснений.