Ограниченная материальная ответственность в качестве общего правила наступает в случае причинения

Рубрики Статьи

Ограниченная материальная ответственность работника

Полная и ограниченная материальная ответственность

Трудовой кодекс предусматривает различные случаи наступления материальной ответственности (подробнее можно узнать по ссылкам Материальная ответственность сторон трудового договора и За что работодатель несет материальную ответственность перед работником?), в т. ч. ограниченную материальную ответственность в качестве общего правила для случаев взыскания с работника компенсации ущерба, причиненного работодателю.

ВАЖНО! Полная и ограниченная материальная ответственность наступает при доказанном факте вредоносных действий сотрудника. Различие между ними состоит в наличии ограничения размера взыскиваемой суммы во втором случае.

Для взыскания полного размера ущерба необходимо наличие специальных обстоятельств, указанных в нормах ТК РФ (ст. 243, 277 ТК РФ), подробнее о которых можно прочесть в наших статьях Полная материальная ответственность работника (нюансы), Договор о полной материальной ответственности — образец 2017.

Ущерб в ограниченном размере может быть возмещен работником добровольно (см. подробности в статье на сайте Соглашение о добровольном возмещении материального ущерба работником). Полная компенсация не может быть взыскана в случае истечения более чем 1 года со дня события, повлекшего вред. Ограничение по сроку действует при условии, что об этом работником заявлено в суде (ч. 2 ст. 392 ТК РФ, п. 3 постановления Пленума ВС РФ «О применении судами…» от 16.11.2006 № 52, далее — постановление № 52).

В каких случаях устанавливается ограниченная материальная ответственность работника за ущерб

Ограниченная материальная ответственность работника устанавливается ст. 241, 242 ТК РФ при наличии 2 групп обстоятельств:

  • отсутствия оснований для наступления полной МО (таких как неисполнение служебных обязанностей в этот момент, например, ст. 243 ТК РФ);
  • наличия фактов противоправной деятельности, ущерба, причинной связи между ними.

Доказывание оснований для предъявления требования о компенсации потерь возлагается на работодателя (п. 4 постановления № 52). Это касается как судебного производства по иску, так и применения внесудебного порядка взыскания.

Отметим, что работодатель, имея достаточные причины для привлечения к полной МО, вправе ограничиться предъявлением требования в размере среднего заработка (ст. 240 ТК РФ, п. 7 постановления № 52).

Более подробно о привлечении работника к МО работодателем можно узнать на нашем сайте, в статье Привлечение работника к материальной ответственности.

Какими размерами ограничена материальная ответственность работника

Взыскиваемая сумма ограничивается:

  1. Прямым действительным ущербом, включая:
    • фактическое умаление имущества;
    • ухудшение его состояния;
    • затраты на восполнение имущества либо выплаты пострадавшим третьим лицам.

Иногда могут возникать споры об отнесении тех или иных расходов к ущербу. Так, по одному из дел суд взыскал в пользу работодателя судебные расходы, взысканные с него по делу, связанному с обжалованием действий сотрудника (см. апелл. определение Пермского краевого суда от 02.10.2017 по делу № 33-10979/2017).

Для более полного понимания данной проблемы рекомендуем изучить статью Возмещение материального ущерба работником работодателю.

  • Средним заработком, установленным согласно ст. 139 ТК РФ и постановлению Правительства РФ «Об особенностях…» от 24.12.2007 № 922. При его расчете принимаются во внимание все виды зарплатных выплат, фактически произведенных за предшествующие 12 месяцев.
  • Ограничение взыскиваемого ущерба при недействительности или неприменении договора о полной матответственности

    Трудовым договором и приложениями к нему может определяться конкретный порядок реализации норм о МО его сторон, однако без превышения максимального предела, предусмотренного нормами ТК РФ. Также положения о МО могут быть установлены в должностной инструкции, поэтому рекомендуем изучить статью Пример оформления материальной ответственности в должностной инструкции.

    Если работодатель настаивает на полном размере возмещения, основываясь на договоре о полной МО, он должен доказать:

    1. Правомерность заключения такого договора (п. 4 постановления № 52), в первую очередь включение соответствующих работ или должности в перечень, утв. постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 № 85 (далее — Перечень). См. апелл. определение ВС Респ. Саха (Якутия) от 18.10.2017 по делу № 33-4135/2017.
    2. Распространение договора на выполняемые работником обязанности в момент причинения вреда. Например, на работника, в дополнение к обязанностям по какой-либо должности, возлагается выполнение трудовой функции, предусмотренной Перечнем. Заключается договор о полной МО. Однако он в этом случае распространяется только на выполнение обязанностей, предусмотренных Перечнем (см. решение Семикаракорского районного суда Ростовской области от 16.08.2016 по делу № 2-677/2016).

    Доказывание оснований матответственности

    В предмет доказывания по делу входят:

    • противоправность поведения работника (может доказываться актами государственных органов, например Ростехнадзора, материалами служебного расследования и др.);
      ВАЖНО! Работодатель, в свою очередь, также должен соблюсти все необходимые процедуры по фиксированию такого поведения, а также касающиеся непосредственно привлечения к МО. Рекомендуем к прочтению статью Образец приказа о возмещении материального ущерба работником.
    • наличие и размер ущерба;
    • причинная связь между поведением работника и вредом.

    Нередко наибольшую сложность представляет установление причин наступившего вреда. Если суд посчитал необходимым назначение экспертизы для этого, а работодатель отказался от ходатайства о ее проведении, то в иске должно быть отказано при отсутствии иных достаточных доказательств причинной связи (см. апелл. определение Смоленского облсуда от 10.10.2017 по делу № 33-3676/2017).

    Итак, трудовое законодательство, защищая интересы трудящихся, ограничивает возможность взыскания ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, размером среднего заработка. Из этого правила есть исключения, бремя доказывания которых возлагается на работодателя. При этом в случае ограничения взыскиваемой суммы до минимального размера, предусмотренного ТК РФ, стороны могут решить вопрос о добровольной выплате компенсации без обращения в суд.

    Ограниченная материальная ответственность в качестве общего правила наступает в случае причинения

    Комментарий К. Я. Ананьевой

    Ст. 241 ТК устанавливает пределы материальной ответственности работника. Как правило, максимальные размеры возмещения причиненного ущерба не могут превышать среднего месячного заработка работника. Таким образом, максимальные размеры ограничиваются пределами заработной платы работника, причинившего ущерб. Поэтому такой вид ответственности называется ограниченной материальной ответственностью.

    В законодательстве не содержится какого-либо перечня случаев причинения ущерба, при которых наступает данный вид материальной ответственности. В связи с этим возмещение в указанных пределах является общим правилом и наступает во всех случаях за исключением тех, когда законодательством установлены иные пределы материальной ответственности. Иные пределы материальной ответственности могут предусматриваться ТК (см. ст. 242 и комм. к ней) или другими федеральными законами. В случае, если сумма ущерба не превышает среднего месячного заработка работника, взысканию подлежит вся сумма ущерба.

    Размер среднего месячного заработка работника, причинившего ущерб, определяется на день обнаружения ущерба. При этом расчетным периодом для исчисления среднего заработка являются двенадцать месяцев (см. ст. 139 ТК и комм. к ней).

    Комментарий К. Н. Гусова

    § 1. Выполняя свою защитную функцию, Трудовой кодекс в ст. 241 устанавливает пределы материальной ответственности работников.

    § 2. В зависимости от предела допускаемого законом взыскания ущерба материальная ответственность работников подразделяется на два вида:

    1) ограниченную материальную ответственность – в пределах среднего месячного заработка работника и

    2) полную материальную ответственность – обязанность возмещения ущерба в полном размере независимо от заработка работника (см. ст. 242).

    § 3. Ограниченная материальная ответственность может иметь место во всех случаях, кроме тех, для которых Кодекс или иной федеральный закон не предусмотрели иное, т.е. не установили исключений из общего правила об ограниченной материальной ответственности работника.

    Тем самым Кодекс признает ограниченную материальную ответственность основным видом ответственности работника за ущерб, причиненный им работодателю.

    § 4. Статья 214 КЗоТа 1971 г. предусматривала возложение на должностное лицо, виновное в незаконном увольнении или переводе, материальной ответственности за ущерб организации (работодателю), причиненный оплатой времени вынужденного прогула или времени выполнения нижеоплачиваемой работы восстановленному на работе судом работнику.

    В этой же статье (см. ч. 2) был установлен размер возмещения должностным лицом ущерба – не свыше трех месячных окладов.

    Трудовой кодекс особых норм для этих случаев не предусматривает. Следовательно, должностные лица, виновные в названных выше правонарушениях, несут ответственность по общим нормам материальной ответственности (в соответствии со ст. 241 ТК), если для них не предусмотрена законом или трудовым договором полная материальная ответственность (см. ст. 277 и 243 ТК).

    Комментарий С. А. Панина

    Материальная ответственность работника перед работодателем ограничена средним месячным заработком работника.

    Материальная ответственность в полном размере устанавливается в случаях, предусмотренных ст. 242 – 245, 277, 346 Кодекса, а также в других случаях, предусмотренных федеральными законами.

    Ограниченная материальная ответственность в качестве общего правила наступает в случае причинения

    Материальная ответственность Материальная ответственность работников

    Статьи 2 и 118 КЗоТ РФ обязывают работника, заключившего трудо­вой договор, беречь имущество предприятия (учреждения) и прини­мать меры к предотвращению ущерба. Нарушение этих обязаннос­тей, повлекшее за собой причинение ущерба, ведет к материальной ответственности. Так же как и дисциплинарная, она является одним из видов юридической ответственности, и потому определение ее содержит, с одной стороны, общие признаки, а с другой — особен­ные, специфические для данного вида.

    Материальная ответственность представляет обязанность ра­ботника ответить перед администрацией предприятия (учреждения) за совершенное имущественное правонарушение и возмес­тить причиненный ущерб в установленном законом размере и порядке.

    Субъектом материальной ответственности (как и дисциплинар­ной) в трудовом праве являются рабочие и служащие, необходимой предпосылкой — наличие деликтоспособности, которая возникает с 16, а иногда и с 15 лет. Однако признавая возможность возложения материальной ответственности на несовершеннолетних работников в случае причинения ими ущерба, нужно учитывать физиологичес­кие особенности, которые свойственны подростку.

    Привлечение работника к материальной ответственности допус­тимо лишь при наличии его вины в причинении ущерба. Но вина — категория субъективная, предполагающая психическое отношение к противоправному результату со стороны данного работника, его способность оценить возможность наступления такого результата. Поэтому такие качества несовершеннолетних, как неопытность, от­сутствие достаточной квалификации и другие, необходимо учиты­вать при решении вопроса о возложении материальной ответствен­ности. Именно поэтому законодательство устанавливает повышен­ные гарантии для несовершеннолетних, предусматривая запрет за­ключения с ними договоров о полной материальной ответствен­ности. Занимая должности или выполняя работы, непосредственно связанные с хранением, обработкой, продажей, перевозкой или при­менением в процессе производства переданных им ценностей, не­совершеннолетние в большей мере, чем взрослые, были бы под­вержены риску быть привлеченными к материальной ответствен­ности.

    Законодательство о дисциплинарной ответственности различает понятия общего субъекта и специального. В отношении материаль­ной ответственности такое деление не принято. Хотя, по существу, установленные изъятия из общих норм о материальной ответствен­ности, касающиеся иных оснований и размеров этой ответственнос­ти, связаны, в частности, с особыми трудовыми функциями работни­ка, наличием у него, например, определенных должностных полно­мочий.

    Указания на принадлежность лица к административному персо­налу — своего рода специальный признак, касающийся должностно­го положения правонарушителя, т.е. это специальный субъект мате­риальной ответственности.

    При причинении ущерба совместными деяниями нескольких лиц наступает либо долевая, либо солидарная ответственность.

    Долевая предполагает ответственность каждого из лиц, причинив­ших ущерб, только за свои действия. Доля возмещения устанавлива­ется в соответствии с размером причиненного этим лицом ущерба. При солидарной ответственности в зависимости от выбора потерпев­шего возможна либо имущественная ответственность всех причинителей ущерба совместно, либо каждого в отдельности, причем как в пределах полного объема ущерба, так и части. Возместивший его полностью имеет право регресса ко всем остальным причинителям за вычетом той доли, которая приходится на него самого.

    Долевая форма ответственности является основной, солидарная наступает лишь в одном, случае — за ущерб, причиненный предпри­ятию или учреждению уголовно наказуемыми деяниями, и если он нанесен совместными умышленными действиями. Применение со­лидарной ответственности невозможно, если одни из лиц осуждены, например, за хищение, а другие — за халатность или некорыстные злоупотребления.

    Разновидностью долевой является коллективная (бригадная) ма­териальная ответственность. Она вводится при совместном выполне­нии рабочими и служащими отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой и продажей материальных ценностей, когда невозможно разграничить материальную ответственность каждого работника и заключить индивидуальный договор о материальной ответственности (ст. 1212 КЗоТ РФ).

    Коллективная (бригадная) материальная ответственность уста­навливается администрацией предприятия (учреждения) по согласо­ванию с соответствующим профсоюзным органом и в соответствии с Перечнем работ, при выполнении которых может вводиться эта ответственность, утвержденным Госкомтрудом СССР совместно с ВЦСПС. Этим же постановлением утвержден и типовой договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности*.

    * См.: постановление Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПС от 14 сентября 1981 г. // Бюллетень Госкомтруда СССР. 1982. № 1.

    Коллективная (бригадная) материальная ответственность — это ответственность всех членов бригады за переданные ей под отчет материальные ценности. В состав бригады входят лица, непосредст­венно связанные с приемом, хранением и отпуском товароматериальных ценностей. Уборщицы, грузчики и другой вспомогательный персонал в состав бригады не включаются. Бригада и администрация заключают между собой договор, в котором предусмотрены права и обязанности сторон, условия возложения материальной ответствен­ности и освобождения от нее. Так, бригада обязуется обеспечить полную сохранность материальных ценностей, правильность продажи и отпуска товаров, своевременно сообщать администрации обо всех случаях хищений, недостач и порчи, участвовать в проведении инвентаризации. Вместе с тем бригада вправе требовать от админи­страции создания надлежащих условий работы и хранения цен­ностей.

    При причинении ущерба каждый член бригады совместно с дру­гими несет материальную ответственность в определенной доле про­порционально тарифной ставке, получаемой им, и фактически отра­ботанному времени за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба.

    Особенностью этого вида ответственности является то, что в боль­шинстве случаев причинения имущественного ущерба бригадой может отсутствовать вина каждого из работников, и это компенсиру­ется тем, что все члены бригады добровольно принимают на себя обязанность возместить ущерб, являющийся результатом не только собственных нарушений, но и упущений других членов бригады. Этим объясняется предоставление бригаде ряда правовых гарантий (согласие на прием нового члена, возможность требовать увольнения отдельных работников, не оправдавших доверия, и т.д.).

    Основанием возникновения материальной ответственности яв­ляется имущественное правонарушение, отличающееся от других дисциплинарных проступков в первую очередь своим объектом. Правонарушитель посягает на имущество предприятия (учрежде­ния), причиняет ему определенный ущерб, поэтому к нему приме­няются не только дисциплинарные санкции, но и восстановитель­ные, отличающиеся от первых иной целенаправленностью. Таким образом, имущественное правонарушение, совершенное рабочим или служащим, — это виновное противоправное причинение ущерба имуществу предприятия или учреждения (с которым причинитель состоит в трудовых отношениях), предполагающее при­менение имущественных санкций, содержащихся в трудовом праве.

    Наличие действительного ущерба — элемент, характеризующий объективную сторону состава имущественного правонарушения.

    Ущерб — это ухудшение или уменьшение имущества (денежных и материальных средств). Ущерб, выраженный в денежной форме, называется убытком. Последний заключается как в причинении ущерба имуществу предприятия (учреждения), так и в недополуче­нии причитающихся денежных сумм или необходимости произвести излишние или штрафные выплаты. Утрата права на взыскание пред­приятием, например, дебиторской задолженности по вине работни­ка — это также ущерб его имуществу.

    К убыткам относят и тот доход, на который рассчитывало пред­приятие, но не получило его в связи с противоправными действиями работника. Но в отличие от возмещения ущерба по нормам граждан­ского права в трудовом праве взыскивается только прямой (действи­тельный) ущерб. Прямой, или действительный, ущерб — это ущерб, причиненный уже имеющемуся, реальному имуществу предприятия (учреждения). Неполученные доходы (упущенная выгода) в трудо­вом праве не взыскиваются*. Последние не входят в сферу наличного имущества предприятия, но могли бы быть получены (созданы), если бы не было виновного противоправного поведения работника.

    * Исключение составляет причинение ущерба, предусмотренное п. 4 ст. 121 КЗоТ РФ.

    Одним из элементов состава имущественного правонарушения является противоправность поведения работника, послужившего причиной ущерба. Противоправность в дисциплинарных проступ­ках выступает как нарушение юридических (трудовых) обязаннос­тей. Применительно к материальной ответственности она означает нарушение обязанности беречь имущество предприятия (учрежде­ния). Это нарушение противоправно во всех случаях причинения ущерба, кроме тех, которые являются правомерными.

    К последним относится нормальный производственно-хозяйст­венный риск. В условиях технического прогресса внедрение изобре­тений в производство, равно как и усовершенствование методов ра­боты, тесно связано с риском. Не испытывая нового, нельзя идти вперед. Вместе с тем, рискуя, можно нанести ущерб материальным ценностям, жизни и здоровью людей. Поэтому в трудовом праве существует категория нормального производственно-хозяйственно­го риска, который означает его разумность и оправданность при данных конкретных обстоятельствах.

    Читайте так же:  Всеобщая история пособие для учителей

    Естественно, что законодатель не мог заранее определить содер­жание, соответствующее этому понятию. В каждом конкретном случае «норма» риска, его критерий наполняются различным содержа­нием. Однако наукой выработаны общие положения, учитываемые при решении отдельных дел о причинении ущерба в связи с про­изводственно-хозяйственным риском работника. Риск считается оп­равданным, т.е. нормальным, при наличии следующих условий:

    1) если цель не может быть достигнута обычными, нерискованными средствами; 2) если риск соответствует значению той цели, для которой предпринимается; 3) если возможность вредных последст­вий при риске лишь вероятна (там, где речь идет о заведомом причинении ущерба, нормальный риск отсутствует); 4) если объ­ектом риска являются материальные факторы, а не жизнь и здоровье человека.

    Законодатель говорит только об одном случае правомерного при­чинения ущерба — о нормальном производственно-хозяйственном риске. Однако на практике правомерным считается также причине­ние ущерба в состоянии крайней необходимости. Типичным приме­ром причинения вреда в состоянии крайней необходимости в области трудовых отношений являются случаи, когда, например, мастер в целях предотвращения увечья работнику портит механизм; шофер, чтобы спасти человека, нарушает правила движения и портит авто­машину, и т.д.

    Не считается противоправным причинение ущерба, если работ­ник был управомочен на его причинение, т.е. причинил ущерб, вы­полняя свои трудовые обязанности (например, забой заболевшего скота).

    Одним из необходимых условий материальной ответственности является наличие причинной связи между деяниями работника и имущественным ущербом.

    Ответственность наступает лишь в случае, если результат с неиз­бежностью вытекает из совершенного лицом действия. Ответствен­ность не наступает за случайные последствия поведения.

    Вместе с тем трудовому праву известны случаи, когда законода­тель возлагает ответственность не только на непосредственных причинителей вреда, но и на лиц, чьи действия (бездействие) были лишь поводом (условием) в развитии причинно-следственной связи, толь­ко создали обстановку, в которой «сработала» причина. Например, ответственность руководителей за неправильную постановку учета и хранения материалов, полуфабрикатов, изделий, инструментов, спецодежды, находящихся на складе, в магазине, в цехе.

    Неправильная постановка учета и хранения материальных цен­ностей еще не причиняет ущерба, однако создает условия, способст­вует появлению такой возможности. Поскольку материальная ответ­ственность наступает лишь при причинении ущерба, указанные ра­ботники отвечают либо наряду с лицами, причинившими ущерб, либо одни, но при условии обязательного причинения ущерба дру­гими лицами (например, если похитителей не удалось задержать).

    Как правило, непосредственные причинители ущерба привлека­ются к ответственности первыми, и лишь в процессе рассмотрения дела обычно выясняются условия, способствовавшие его наступле­нию, в создании которых виновны те или иные лица из числа адми­нистративного персонала. Если при возложении материальной ответ­ственности на непосредственных причинителей ущерба последний возмещается полностью, то это исключает названную ответствен­ность в отношении должностных лиц, иначе возмещенная сумма превысит сумму действительного ущерба. В этих случаях могут при­меняться другие меры правового воздействия — административная ответственность (денежный начет) или дисциплинарная.

    Одним из необходимых условий материальной ответственности (и элементом состава имущественного правонарушения) является вина работника. Она понимается как отношение работника к причи­нению ущерба в форме умысла или неосторожности. При возложе­нии материальной ответственности вина обязательно должна быть установлена, причем форма ее имеет значение только для одного из оснований полной материальной ответственности (п. 6 ст. 121 КЗоТ РФ). Это условие обязательно и в составе дисциплинарного проступ­ка. Поскольку специфики в имущественном правонарушении это условие не имеет, содержание вопроса о вине было изложено приме­нительно к дисциплинарному проступку.

    В трудовом праве предусмотрены два вида материальной ответст­венности — ограниченная и полная материальная. Первая ограничена определенным пределом по отношению к заработной плате причинителя, а вторая равна размеру причиненного ущерба.

    В качестве общего правила законодатель устанавливает ограни­ченную материальную ответственность в пределах среднего месячно­го заработка работника (ст. 119 КЗоТ РФ). Ограниченная материаль­ная ответственность в иных пределах и полная материальная ответ­ственность являются исключением. Случаи применения этих исклю­чений прямо указаны в законе (ст. 214 и 121 КЗоТ РФ).

    Рассмотрим эти исключения.

    Ограниченная материальная ответственность в пределах трех месячных окладов должностного лица. Должностные лица, винов­ные в незаконном увольнении или переводе на другую работу в случаях, указанных в ст. 214, несут ответственность в размере дейст­вительного ущерба, но не более трех месячных окладов должностно­го лица.

    Основанием для возложения материальной ответственности на должностное лицо является оплата незаконно уволенному или пере­веденному работнику времени вынужденного прогула или соответ­ственно выполнения нижеоплачиваемой работы. Названная санкция применяется, если увольнение или перевод произведены с явным нарушением закона либо администрация задержала исполнение ре­шения суда о восстановлении работника на работе.

    Под явным нарушением закона следует, в частности, понимать увольнение рабочего или служащего по инициативе администрации без согласия соответствующего профсоюзного органа, когда такое согласие является обязательным, или по основаниям, не предусмот­ренным законом; перевод на другую работу или увольнение члена СТК без согласия СТК и в других случаях, перечисленных в постанов­лении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 1992 г.*

    * См.: БВС РФ. 1993. № 3.

    Полная материальная ответственность. Она устанавливается в следующих случаях:

    1) при причинении ущерба преступными действиями работника, установленными приговором суда.

    Как видно, законодатель связывает возложение полной матери­альной ответственности не с привлечением к уголовной ответствен­ности, а с совершением действий, которые содержат признаки уголовно наказуемых деяний. Второе понятие шире первого. Полная материальная ответственность безусловно должна возлагаться во всех случаях, когда работник привлечен к уголовной ответственнос­ти (и своими действиями причинил ущерб) и, кроме того, когда по тем или иным основаниям, указанным в законе, привлечения к уго­ловной ответственности не последовало, а преступление совершено (см. гл. 11 УК РФ об освобождении от уголовной ответственности, гл. 12 об освобождении от наказания и ст. 84 и 85 об амнистии и помиловании);

    2) когда в соответствии с законодательством на работника воз­ложена полная материальная ответственность за ущерб, причинен­ный предприятию, учреждению, организации при исполнении тру­довых обязанностей. Такую ответственность несут кассиры, работники торгового предприятия за мелкую недостачу вверенных цен­ностей; руководители предприятий и некоторые иные должностные лица за премии, незаконно выплаченные в результате приписок в отчетности; лица, виновные в гибели лошадей, крупного рогатого скота, свиней, овец и коз, принадлежащих колхозам и совхозам; некоторые иные работники, должности которых указаны в специ­альных актах;

    3) когда между работником и учреждением (предприятием) за­ключен письменный договор о принятии на себя работником полной материальной ответственности за необеспечение сохранности иму­щества и других ценностей, переданных ему для хранения или для других целей. Такой договор может быть заключен с рабочими или служащими, занимающими должности, указанные в особых пере­чнях. В основу выделения этой категории работников также положе­но содержание их трудовых обязанностей, выполнение функций, связанных с обслуживанием материальных ценностей. Письменные договоры о полной материальной ответственности могут быть за­ключены с работниками, достигшими 18-летнего возраста и занима­ющими должности или выполняющими работы, непосредственно связанные с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевоз­кой или применением в процессе производства переданных им цен­ностей.

    Перечень таких должностей и работ, а также типовой договор о полной индивидуальной материальной ответственности утвержде­ны постановлением Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПС от 28 декабря 1977г.*

    * См.: Бюллетень Госкомтруда СССР. 1978. № 4.

    Типовой договор предусматривает, с одной стороны, обязанности работника сообщать администрации обо всех обстоятельствах, угро­жающих обеспечению сохранности ценностей, вести учет, участво­вать в инвентаризации, с другой — обязанности администрации. Они состоят в создании необходимых условий для сохранности цен­ностей, в обязательном ознакомлении работника с правилами рабо­ты с материальными ценностями и др.

    Невыполнение администрацией указанных обязанностей, спо­собствовавшее возникновению ущерба, является основанием для уменьшения размера взыскиваемого ущерба;

    4) когда ущерб причинен не при исполнении трудовых обязаннос­тей. При этом ущерб может быть причинен как в рабочее, так и в нерабочее время. Например, порча оборудования, использованного для изготовления предметов домашнего обихода работника, приве­дение в негодность пишущей машинки во время выполнения личной работы — типичные случаи причинения ущерба не при исполнении служебных обязанностей, но в связи с тем, что работник, состоя в трудовых отношениях с предприятием или учреждением, имел до­ступ к этим ценностям и причинил им ущерб;

    5) когда имущество и другие ценности были получены работни­ком под отчет по разовой доверенности или по другим разовым документам. При этом выдача разовых доверенностей работникам, в повседневные обязанности которых не входит выполнение такого рода поручений, может иметь место лишь с их согласия;

    6) когда ущерб причинен недостачей, умышленным уничтожени­ем или умышленной порчей материалов, полуфабрикатов, изделий (продукции), в том числе при их изготовлении, а также инструмен­тов, измерительных приборов, спецодежды и других предметов, вы­данных предприятием (учреждением) в пользование работнику.

    Перечень объектов, за сохранность которых установлена полная материальная ответственность, совпадает с перечнем случаев ущер­ба, за наступление которого предусмотрена ограниченная ответст­венность работников в пределах среднемесячного заработка. Но там наступивший ущерб является последствием небрежных действий, а здесь — недостачи и умышленного уничтожения или умышленной порчи определенного, перечисленного в п. 6 имущества;

    7) когда ущерб причинен работником, находившимся в нетрезвом состоянии.

    В остальных случаях совершения имущественного правонару­шения работник несет ограниченную материальную ответствен­ность в пределах среднемесячного заработка.

    Кроме ограниченной и полной, законодательство устанавливает также кратную материальную ответственность, когда фактический размер возмещения превышает его номинальный размер (ст. 255 КЗоТ РФ). Конкретные пределы этой ответственности устанавлива­ются законодательством.

    Определение размера ущерба и порядок его возмещения. Размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям на ос­новании данных бухгалтерского учета исходя из балансовой стои­мости (себестоимости) материальных ценностей за вычетом износа по установленным нормам.

    При хищении, недостаче, умышленном уничтожении или умыш­ленной порче материальных ценностей ущерб определяется по ценам, действующим в данной местности на день причинения ущер­ба (ст. 1213 КЗоТ РФ).

    В соответствии со ст. 122 КЗоТ РФ возмещение ущерба работни­ком в размере, не превышающем среднего месячного заработка, про­изводится по распоряжению администрации предприятия (учрежде­ния) путем удержания из заработной платы работника. Распоряже­ние администрации должно быть сделано не позднее двух недель со дня обнаружения причиненного работником ущерба и обращено к исполнению не ранее семи дней со дня сообщения об этом работнику. Если работник не согласен с вычетом или его размером, трудовой спор по его заявлению рассматривается в порядке, предусмотренном законодательством.

    В остальных случаях возмещение ущерба производится путем предъявления администрацией иска в народный суд.

    Если администрация в нарушение установленного порядка произ­вела удержание, то орган по рассмотрению трудовых споров прини­мает по жалобе работника решение о возврате незаконно удержан­ных сумм.

    Обращение в суд должно быть сделано в пределах годичного срока со дня обнаружения ущерба. Если ущерб выявлен при проведе­нии инвентаризации или ревизии, днем его обнаружения считается день составления соответствующего акта или заключения.

    Суду предоставлено право с учетом степени вины, конкретных обстоятельств и материального положения работника уменьшить размер возмещения. Снижение размера ущерба, подлежащего возме­щению, недопустимо, если ущерб причинен преступлением, совер­шенным с корыстной целью (ст. 123 КЗоТ РФ).

    Объем материальной ответственности нельзя путать с размером единовременного удержания из заработной платы.

    При каждой выплате заработной платы общий размер всех удер­жаний не может превышать 20 процентов, а в случаях, особо предус­мотренных законодательством, — 50 процентов заработка, причитающегося к выплате работнику. При удержании из заработной платы по нескольким исполнительным документам за работником во вся­ком случае должно быть сохранено 50 процентов заработка.

    Указанные выше ограничения не распространяются на удержания из заработной платы при отбывании исправительных работ и при взыскании алиментов на детей.

    Не допускаются удержания из выходного пособия, компенсаци­онных и иных выплат, на которые согласно законодательству не обращается взыскание (ст. 126 КЗоТ РФ).

    Может ли наступать полная материальная ответственность без заключения договора?

    Автор: Михаил Пресняков

    Михаил Пресняков, д. ю. н., профессор кафедры служебного и трудового права Поволжского института управления им. П. А. Столыпина РАНХиГС (г. Саратов)

    Как известно, по общему правилу за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка (ограниченная материальная ответственность). И только в случаях, прямо предусмотренных законом, может быть установлена полная материальная ответственность работника перед работодателем (ст. 238 ТК РФ). Чаще всего такая полная ответственность наступает в силу договора о полной материальной ответственности, заключенного между работником и работодателем, однако трудовым законодательством предусмотрена возможность возложения на работника материальной ответственности в полном объеме и при отсутствии такого договора.

    Вместе с тем такой договор может быть заключен не со всяким работником, а только с тем лицом, которому непосредственно вверяются денежные и материальные ценности. Постановлением Минтруда РФ от 31 декабря 2002 г. № 85 были утверждены Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, и Перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества. Так, договоры о полной материальной ответственности могут заключаться с кассирами, заведующими склада, лаборантами кафедр и деканатов, лицами, занятыми на работах по приему и обработке для доставки (сопровождения) груза, багажа, почтовых отправлений и других материальных ценностей, их доставке (сопровождению), выдаче (сдаче) и т. п.

    С другой стороны, нужно заметить, что договоры о полной материальной ответственности не могут заключаться с лицами, которым материальные ценности непосредственно не вверяются (например, с бухгалтерами). Если с работником договор о полной материальной ответственности заключен без достаточных оснований, то он несет материальную ответственность за причиненный работодателю ущерб в размере среднемесячного заработка.

    Вместе с тем в ряде случаев законодатель предусмотрел возможность возложения на работника полной материальной ответственности и при отсутствии такого договора. Основаниями возложения на работника внедоговорной полной материальной ответственности, предусмотренными ст. 243 ТК РФ, являются:

    — умышленное причинение ущерба;

    — причинение ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;

    — причинение ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;

    — причинение ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;

    — разглашение сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами;

    — причинение ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

    Рассмотрим более подробно данные основания полной материальной ответственности и их применение на практике.

    Умышленное причинение ущерба работодателю имеет место, когда работник осознает возможность его причинения и желает этого. Нужно сказать, что концепция форм вины как психического отношения к содеянному в доктрине и практике трудового права практически не разрабатывалась. В теории права принято разграничивать прямой и косвенный, или эвентуальный (возможный при соответствующих условиях, возможный, но не необходимый) умысел.

    Прямой умысел — это когда субъект сознавал опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления опасных последствий и желал их наступления. Косвенный умысел — когда субъект осознавал опасность своих действий, предвидел возможность наступления опасных последствий, не желал, но сознательно допускал эти последствия либо относился к ним безразлично.

    Умышленное причинение ущерба имуществу работодателя влечет за собой полную материальную ответственность не только при наличии прямого умысла работника, но также и в случае косвенного умысла. Так, открытое акционерное общество «Волтайр-Пром» обратилось в суд с иском к Ю. П. Горину о возмещении материального ущерба в связи с браком продукции. В обоснование исковых требований ОАО «Волтайр-Пром» указало, что по вине Ю. П. Горина была произведена бракованная продукция, в результате чего в окончательный брак по виду дефекта «скол элементов рисунка протектора» вышло автопокрышек на общую сумму рублей копеек. Производство бракованной продукции произошло в результате нарушения сменным мастером Ю. П. Гориным должностной инструкции, а также технических требований, предъявляемых к сырью и материалам, применяемым при изготовлении продукции на заготовительном участке, и порядка внедрения в производство новых видов сырья, материалов и замены одного материала на другой. В письменном объяснении Ю. П. Горин свою вину в причинении ущерба признал и согласен возместить ущерб только в размере среднего заработка. Однако, поскольку истец считал, что своими действиями ответчик умышленно причинил ущерб, в соответствии со ст. 243 ТК РФ должен нести полную материальную ответственность. В связи с чем просил суд взыскать с Ю. П. Горина не взысканный до полного размера материальный ущерб в сумме рублей копеек, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме рублей копеек.

    Читайте так же:  Договор хранения денежных средств в сейфе

    Рассматривая данное дело, суд указал, что умышленное причинение ущерба означает, что виновный работник осознает, что поступает противоправно, предвидит, что в результате его действий работодателю будет причинен ущерб и желает наступления этих последствий (прямой умысел) или хотя прямо этого не желает, но сознательно допускает такие последствия либо относится к ним безразлично (косвенный умысел).

    Ю. П. Гориным были грубо нарушены указанные должностные обязанности, а именно он не применил знание технических требований к сырью и материалам, знание порядка замены одного сырья на другое, допустил применение материалов, не отвечающих требованиям ТУ, не проверил качество выполненных работ, не выявил недостатки и отклонения в произведенной продукции, скрыл брак и не сообщил следующим сменам о браке.

    Данные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о наличии умысла в действиях Ю. П. Горина в причинении ущерба ОАО «Волтайр-Пром», а потому он должен нести полную материальную ответственность.

    В данном случае ответчик не мог не предвидеть, что допущенное им нарушение и сокрытие произведенного брака продукции приведет к ущербу. Вместе с тем конструкция косвенного умысла достаточно сложна и неоднозначна: требуется, чтобы лицо предвидело наступление вредных последствий. Если же работник не предвидел таких последствий, хотя и должен был их предвидеть при надлежащей предусмотрительности, форму вины следует квалифицировать уже не как умысел, а как неосторожность, что исключает возложение материальной ответственности в полном объеме. Проиллюстрируем это на конкретном примере из судебной практики.

    Центр государственной инспекции по маломерным судам Министерства по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Магаданской области обратился в Магаданский городской суд с иском к А. Н. Косову о возмещении причиненного материального ущерба.
    В обоснование иска указал, что водитель Центра ГИМС МЧС А. Н. Косов 30 октября 2008 года, находясь в служебной командировке, управляя служебным автомобилем , государственный регистрационный знак , не выбрал безопасную скорость движения, не справился с управлением, совершил съезд в кювет, с последующим опрокидыванием транспортного средства.

    Согласно постановлению от 12 июня 2008 года ДПС ОГИБДД ОВД по Хасынскому району Магаданской области дело об административном правонарушении в отношении А. Н. Косова прекращено за отсутствием состава правонарушения. Однако в результате дорожно-транспортного происшествия истцу причинен материальный ущерб в размере стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, определенный в ходе оценки ущерба и составивший рублей.
    А. Н. Косов привлечен Центром ГИМС МЧС к дисциплинарной и ма­териальной ответственности в размере среднемесячного заработка, в полном размере возместить причиненный работодателю ущерб отказался, им возмещена сумма в размере рублей.

    Истец ссылался на то, что умысел, как субъективное основание привлечения работника к полной материальной ответственности, является в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 243 ТК РФ основанием привлечения к полной материальной ответственности. Однако ТК РФ не дает понятия «умысел» и не раскрывает его форму. Следовательно, для возложения на работника материальной ответственности в полном объеме причиненного учреждению ущерба достаточно наличия в действиях работника «косвенного» умысла.

    Несмотря на прекращение административного производства ввиду отсутствия состава правонарушения, в постановлении ГИБДД установлено наличие в действиях водителя А. Н. Косова несоответствия требованиям пп. 1.5, 10.1 Правил дорожного движения. По мнению истца, это обстоятельство подтверждает наличие в действиях А. Н. Косова «косвенного умысла», направленного на невыполнение Правил дорожного движения, неизбрание безопасной скорости движения и причинение вреда, в связи с чем причиненный им работодателю ущерб в сумме рублей подлежит возмещению в полном объеме.

    Исследуя данное дело, суд сделал обоснованный вывод о недоказанности умышленного характера вины А. Н. Косова в причинении ущерба работодателю. В частности, превышение скорости не является доказательством того, что ответчик предвидел наступление опасных последствий в виде причинения ущерба работодателю. В данном случае имеет место небрежность (халатность) работника, который не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

    Исходя из анализа практики применения данного основания полной материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, напрашивается вывод о необходимости законодательного совершенствования концепции форм вины сторон трудовых отношений. К сожалению, на сегодняшний день ни в законодательстве, ни в разъяснениях высших судебных инстанций данным вопросам не уделяется достаточного внимания.

    Основанием возложения на работника полной материальной ответственности является причинение ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

    Прежде всего, в данном случае следует иметь в виду, что необходимо наличие причинно-следственной связи между материальным ущербом и действиями работника, находящегося в том числе в состоянии алкогольного опьянения.

    Так, ОНО ОПХ «Заречное» обратилось в суд с иском к ответчику, указывая, что 11 мая 2010 года Н. П. Ромашов, работающий на предприятии в должности механизатора, во время работы находился в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем был отстранен от работы. Впоследствии выяснилось, что двигатель на тракторе, на котором работал ответчик, вышел из строя из-за перегрева, требуется капитальный ремонт с заменой блока и коленчатого вала.

    Учитывая, что ущерб был причинен в состоянии алкогольного опьянения, суд первой инстанции удовлетворил требования ОНО ОПХ «Заречное». Однако судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда данное решение отменила.

    На основании акта обследования двигателя от 7 июля 2010 года было установлено, что двигатель перегрет в результате длительной работы с низким уровнем охлаждающей жидкости и с повышенным перегревом. Перегреты шатуны, масляные магистрали забиты металлической стружкой. Вышли из строя поршень, цилиндры. В результате были расколоты гиль и поврежден блок. Кассационной инстанцией было установлено, что эксплуатация трактора превысила предусмотренные сроки полезного использования, вместе с тем каких-либо доказательств осуществления его ремонта не представлено. Работниками ФГУП «Заречное» подтверждается факт перегрева двигателя на данном тракторе, в том числе и до работы на нем механизатора Н. П. Ромашова.

    Иными словами, даже если ущерб причиняется работником, находившимся на работе в состоянии алкогольного опьянения, необходимо доказать факт его вины и причинно-следственную связь между действиями работника и причиненным ущербом.

    Следует отметить и еще одну проблему возложения на работника полной материальной ответственности по данному основанию, которая связана с трудностями доказывания состояния алкогольного опьянения работника.

    Состояние алкогольного, наркотического, токсического и иного опьянения, прежде всего, может подтверждаться медицинским заключением. Такое медицинское освидетельствование может проводиться не любым медицинским работником, а лишь врачами психиатрами — наркологами или врачами других специальностей, прошедшими соответствующую подготовку. Освидетельствование проводится в специализированных кабинетах наркологических диспансеров, в лечебно-профилактических учреждениях либо с выездом в специально оборудованных для этой цели автомобилях

    Следует учитывать, что работодатель может лишь предложить работнику пройти медицинское обследование для выявления состояния опьянения, но не может обязать его пройти такое обследование. Трудно согласиться, что отказ работника от прохождения такого освидетельствования также может рассматриваться в качестве одного из доказательств, подтверждающего его вину. Однако если работодатель не предложил работнику пройти медицинское освидетельствование, то впоследствии это может вызвать у суда сомнения относительно обоснованности доводов работодателя.

    Необходимо в письменном виде и под роспись предложить работнику пройти медицинское освидетельствование. При отказе следует зафиксировать данный факт собственноручной подписью работника либо при его отказе подписями других работников.

    Следует отметить, что медицинское освидетельствование является хотя и основным (наиболее весомым), но не единственным доказательством состояния опьянения работника. Как указал Пленум Верховного Суда, состояние алкогольного либо наркотического или токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, например свидетельскими показаниями. В этом случае работодателем составляется акт о появлении на работе в состоянии опьянения, который подписывается свидетелями (их число законом не определено). В данном акте нужно сделать отметку, что работник от медицинского освидетельствования отказался.

    Пренебрежение этими средствами доказывания состояния алкогольного опьянения приводит к отказам в исках о возложении на работника полной материальной ответственности. Так, потребительское общество «Суземский хлебокомбинат» (истец) обратилось в суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что водитель общества Е. Н. Бобков (ответчик) совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого транспортное средство, принадлежащее ПО «Суземский хлебокомбинат», получило механические повреждения в виде деформации кузова, рамы, кабины, бампера и возможных скрытых повреждений. Факт нарушения Правил дорожного движения подтверждается Постановлением от 29.07.2011 г., согласно которому водитель Е. Н. Бобков при движении не выполнил требования п. 10.1 ПДД РФ, в результате чего не справился с управлением, допустил съезд в кювет и наезд на деревья. После совершенного ДТП ответчик от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался, чем нарушил пункт 2.3.2 Правил дорожного движения, в связи с чем был признан виновным по ч. 1 ст. 12.2 6 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде одного года шести месяцев лишения права управления транспортным средством.
    Истец просил суд взыскать с ответчика как работника, виновного в причинении ущерба в состоянии опьянения, полную сумму материального ущерба.

    Решением Суземского районного суда Брянской области от 28 декабря 2011 года исковые требования ПО «Суземский хлебокомбинат» удовлетворены частично. С Е. Н. Бобкова в пользу ПО «Суземский хлебокомбинат» взыскан материальный ущерб, причиненный ДТП, в размере его среднемесячного заработка.

    Суд отметил, что на работника может возлагаться материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба, но лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами. Одним из таких случаев законодатель указывает причинение ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (п. 4 ч. 1 ст. 243 ТК РФ).

    В качестве доказательства нахождения ответчика в состоянии опьянения в момент причинения ущерба суду представлено постановление мирового судьи Суземского мирового участка от 01.06.2011 г., которым ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ — невыполнение водителем законного требования сотрудника милиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

    Однако привлечение ответчика к ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ само по себе не может являться подтверждением нахождения лица в состоянии опьянения. Доказанным здесь является только тот факт, что от освидетельствования ответчик отказался, за что и был привлечен к административной ответственности. Для того чтобы иметь возможность возложить на работника ответственность за причиненный ущерб в полном объеме, работодателю следовало составить акт о нахождении работника на работе в состоянии алкогольного опьянения за подписью свидетелей.

    Работник может быть привлечен к материальной ответственности в полном размере на основании п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, если ущерб причинен в результате преступных действий.

    Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснил, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям (в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, вследствие акта об амнистии), либо вынесение судом оправдательного приговора не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

    Так, Полк ДПС ГИБДД при МВД РБ обратился в суд с иском к ответчику, мотивируя его тем, что инспектор ДПС О. М. Никонов при исполнении своих должностных обязанностей, следуя на служебной автомашине со стороны Демского КПМ в сторону г. Уфы, не справился с рулевым управлением, в результате чего машину вынесло на правую обочину по ходу движения, где последний совершил наезд на стоящую на обочине автомашину, принадлежащую В. А. Трошкину. При столкновении А. В. Трошкин и Е. М. Трошкина получили телесные повреждения. Определением Уфимского районного суда РБ О. М. Никонов признан виновным в совершении преступления, однако уголовное дело в отношении него прекращено по амнистии.

    Решением Уфимского районного суда РБ с отдельного батальона ДПС ГИБДД при МВД РБ в пользу В. А. Трошкина взыскано рубля. Истец полагает, что поскольку вина ответчика в совершении преступления установлена, то он должен в полном объеме возместить материальный ущерб.

    Рассматривая данное дело, суд указал, что доводы истца о возникновении обязанности по возмещению в порядке регресса, причиненного работодателю прямого действительного ущерба, в полном размере, исходя из того, что ущерб был причинен в результате совершения О. М. Никоновым преступления, являются несостоятельными, поскольку согласно ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случаях причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.

    Учитывая, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям (в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, вследствие акта об амнистии), либо вынесение судом оправдательного приговора не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

    Действительно, данное основание привлечения работника к полной материальной ответственности требует наличия формально-юридического основания — приговора суда. Пункт 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ прямо требует, чтобы преступные действия работника были установлены приговором суда. При отсутствии такого приговора и прекращении дела по любым основаниям данные положения п. 5 ст. 243 ТК РФ применяться не могут. Однако работодатель может воспользоваться иными основаниями взыскания с работника полной сумы причиненного ущерба. Например, если в ходе дознания, предварительного расследования или в суде был установлен умысел работника на причинение ущерба работодателю, то на него возлагается полная материальная ответственность согласно п. 3 ч. 1 ст. 243 ТК РФ.

    Приведем конкретный пример из судебной практики. ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о возмещении имущественного вреда. Требования мотивированы тем, что ответчица работала в должности продавца-консультанта в магазине, ей была доверена продажа товара в розницу с проведением расчетно-кассовых операций за проданный товар и отметкой о проданном товаре в тетрадях ежедневного и количественного учета. В период работы ответчица похитила денежные средства в сумме 23.075 рублей, причинив истице ущерб. Вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается тем, что в отношении нее было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ. Постановлением старшего дознавателя ОД ОВД были установлены обстоятельства и размер хищения денежных средств ФИО2, однако уголовное дело было прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

    Истица ФИО1 просила взыскать с ответчицы причиненный ей имущественный вред на основании п. 3 ч. 1 ст. 243 ТК РФ.

    Решением суда первой инстанции ФИО1 в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО2 в возмещение имущественного ущерба 23.075 рублей, расходов на оплату аудиторских услуг в размере 22.000 рублей, на юридические услуги 2.000 рублей, на услуги представителя в сумме 35.000 рублей отказано полностью за необоснованностью.

    Однако суд кассационной инстанции с таким решением не согласился, указав, что суд не учел, что требования истицы о полном возмещении ущерба были обоснованы не причинением вреда в результате преступных действий, а умышленным характером действий работника. Учитывая, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела, в том числе и по не реабилитирующим основаниям исключает привлечение лица к полной материальной ответственности. Вместе с тем невозможность привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ не исключает права работодателя требовать от этого работника полного возмещения причиненного ущерба по иным основаниям. В частности, к таким основаниям относится недостача, умышленное причинение ущерба работодателю, что предусмотрено п. 3 ч. 1 ст. 243 ТК РФ.

    Еще одна трудность, связанная с возложением на работника полной материальной ответственности за ущерб, причиненный преступлением, обусловлена тем, что согласно ч. 2 ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. Вместе с тем дознание, предварительное расследование и рассмотрение дела в суде — процесс достаточно длительный, и это может привести к тому, что указанный срок может быть пропущен, поскольку без приговора суда работодатель не сможет требовать полного возмещения ущерба.

    Так, в октябре 2009 года общество с ограниченной ответственностью «Эко-Дом» обратилось в суд с иском к ответчикам, указав, что Д. В. Баландин, работая в должности директора ООО «Эко-Дом» и действуя по предварительному сговору с Н. В. Баландиной, занимавшей должность бухгалтера-кассира в этом же обществе, используя свое служебное положение, в период с 01.01.2006 по 31.12.2006 года незаконно присвоил полученные в результате деятельности общества денежные средства в сумме 1 139 000 рублей.

    Читайте так же:  Расчет осаго в мурманске

    Ссылаясь на то, что приговором Волгодонского районного суда Ростовской области от 22 апреля 2009 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 19 августа 2009 года, Д. В. Баландин и Н. В. Баландина признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 160 и ч. 1 ст. 199 УК РФ, истец просил суд взыскать с ответчиков солидарно сумму причиненного их преступными действиями ущерба.

    Решением Волгодонского районного суда Ростовской области от 10 декабря 2009 года исковые требования ООО «Эко-Дом» были удовлетворены. Однако определением судебной коллегии по гражданским делам от 15 марта 2010 года вышеуказанное решение суда было отменено и в удовлетворении исковых требований ООО «Эко-Дом» было отказано в связи с пропуском истцом установленного ст. 392 ТК РФ срока для обращения в суд.

    При этом суд кассационной инстанции исходил из того, что в данном случае срок для обращения в суд с иском о возмещении материального ущерба следует исчислять с даты окончания аудиторской проверки — с 7 мая 2007 года, поскольку фактически ущерб, причиненный ответчиками, выявлен не приговором, а аудиторской проверкой.

    Президиум Ростовского областного суда не согласился с таким подходом, отметив, что п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ устанавливает, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате преступных действий, установленных приговором суда. То есть материальная ответственность по данному основанию наступает только тогда, когда преступный характер действий (бездействия) работника, повлекших причинение ущерба, подтвержден приговором суда.

    При таких обстоятельствах срок для обращения работодателя в суд с иском о возмещении материального ущерба, причиненного преступными действиями ответчиков, следует исчислять с момента вступления приговора, которым эти действия были установлены, в законную силу .

    Иными словами, поскольку квалифицирующим обстоятельством в данном случае выступает приговор суда, который дает право потребовать от работника возмещения ущерба в полном объеме, то, следовательно, только с момента вступления такого приговора в силу начинается течение пресекательного срока, установленного для обращения работодателя в суд.

    Во многом аналогичная ситуация складывается и при применении такого основания полной материальной ответственности работника, как причинение ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания (п. 1 абз. 1 ч. 1 ст. 29.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.

    Если работник был освобожден от административной ответственности за совершение административного правонарушения в связи с его малозначительностью, о чем по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении было вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, и работнику было объявлено устное замечание, на такого работника также может быть возложена материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба, так как при малозначительности административного правонарушения устанавливается факт его совершения, а также выявляются все признаки состава правонарушения и лицо освобождается лишь от административного наказания (ст. 2.9, п. 2 абз. 1 ч. 1 ст. 29.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях).

    Поскольку истечение сроков давности привлечения к административной ответственности либо издание акта об амнистии, если такой акт устраняет применение административного наказания, является безусловным основанием, исключающим производство по делу об административном правонарушении (пп. 4, 6 ст. 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях), в указанных ситуациях работник не может быть привлечен к полной материальной ответственности по п. 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ.

    Рассмотрим конкретный пример из судебной практики. ЗАО «Транспорт+» обратилось в суд с иском к работнику А. Н. Долгову о возмещении ущерба в размере 327373 рубля 60 коп., стоимости оценки 6250 рублей, стоимости услуг адвоката в размере 15000 рублей, госпошлины в размере 6474 рубля.

    Истец указал, что ответчик состоял в трудовых отношениях с ЗАО «Транспорт+», работая в должности водителя на основании трудового договора и 30.10.2008 года осуществляя грузоперевозку на автомобиле общества, нарушил требование ПДД, что привело к столкновению с другим автомобилем. Автомобиль, которым управлял ответчик в момент ДТП и получивший механические повреждения, принадлежит на праве собственности Д. А. Подиновскому. Общество возместило Д. А. Подовинскому причиненный ущерб в полном объеме.

    Решением суда постановлено взыскать с А. Н. Долгова в пользу ЗАО «Транспорт+» ущерб в размере 327373 рубля 60 коп., стоимость оценки 6250 рублей, стоимость услуг адвоката в размере 1500 рублей, госпошлину в размере 6474 рубля, всего взыскать 341597 рублей 60 коп.

    Однако кассационная инстанция посчитала такое решение суда незаконным и необоснованным. Суд, удовлетворяя требования истца, исходил из того обстоятельства, что решением другого суда указывается на виновные действия ответчика, нарушившего пункты ПДД, что и повлекло за собой ДТП, в результате которого был причинен ущерб работодателю. Это обстоятельство, по мнению суда, дает основание взыскать ущерб с ответчика в полном размере. Однако работник может быть привлечен к полной материальной ответственности по указанному основанию лишь в случаях привлечения к административной ответственности. Как следует из приведенных выше обстоятельств дела, Долгов к какой-либо ответственности, и в частности к административной, не привлекался по указанному ДТП и соответствующих постановлений в отношении него не выносилось. Исходя из этого, выводы суда в другом гражданском деле о виновности Долгова в совершенном ДТП и нарушении им пунктов ПДД, не может рассматриваться как привлечение его к административной ответственности.

    Иными словами, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания (абз. 1 п. 1 ч. 1 ст. 29.9 КоАП РФ), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.

    Согласно п. 7 ч. 1 ст. 243 ТК РФ полная материальная ответственность наступает за причинение ущерба вследствие разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (в том числе коммерческую). Необходимо, однако, отметить, что имущественный ущерб работодателю может наступить не только вследствие собственно разглашения коммерческой тайны, но и в результате нарушения режима ее охраны либо в результате ее неправомерного использования. В этих случаях работник будет нести ограниченную ответственность.

    При разглашении коммерческой тайны работник обязан возместить работодателю лишь причиненный ему прямой действительный ущерб. В этой связи следует согласиться с мнением некоторых авторов, что в лучшем случае со злоумышленника удастся взыскать лишь стоимость бумаги или дискеты, на которых содержались секретные сведения. Между тем основной ущерб от разглашения коммерческой тайны выражается в упущенной выгоде. А ее работник возмещать не обязан.

    В этой ситуации некоторые авторы советуют дополнительно заключать с работником гражданско-правовой договор о неразглашении коммерческой тайны, полагая, что возникающие при этом отношения будут подчиняться уже не трудовому, а гражданскому законодательству. Более того, на практике уже есть примеры заключения такого рода соглашений.

    При этом предполагается, что к работнику, заключившему такое гражданско-правовое соглашение, будут применяться не нормы трудового законодательства о материальной ответственности, а правила ст. 139 ГК РФ о возмещении убытков в полном объеме, включая и упущенную выгоду.
    Подобный подход представляется нам весьма спорным. Прежде всего, в данной ситуации налицо конкуренция норм трудового и гражданского права. На наш взгляд, правообразующее значение в данной ситуации имеет наличие трудовых отношений между причинителем ущерба (работником) и лицом, которому данный ущерб был причинен (работодателем). В этой связи обязанность возместить причиненный ущерб должна возникать в рамках отношений по материальной ответственности как производных от трудовых отношений.

    Кроме того, следует согласиться с теми авторами, которые полагают, что положение п. 2 ст. 139 ГК РФ, устанавливающее обязанность работника возместить обладателю права на коммерческую тайну убытки, причиненные разглашением сведений, составляющих коммерческую тайну, необходимо рассматривать с учетом положения п. 1 ст. 15 ГК РФ, согласно которому «лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере».

    Поскольку ч. 1 ст. 238 ТК РФ предусматривает возмещение ущерба, причиненного работодателю работником, в размере прямого действительного ущерба и прямо указывает, что неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат, ответственность работника в данном случае ограничивается размером прямого действительного ущерба.

    Наконец, полная материальная ответственность предусматривается в случае причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Например, это может иметь место, когда работник использует вверенное ему имущество в каких-либо личных целях. В частности, если водитель по окончании рабочего дня воспользовался служебным автомобилем, чтобы перевезти свои личные вещи и повредил автомобиль, то он будет нести полную материальную ответственность за ущерб, причиненный работодателю.

    Заметим, что причинение ущерба может иметь место в рабочее время, по месту работы, но не при исполнении работником своих трудовых обязанностей. Например, ЗАО «Кубанькабель» обратилось в суд с иском к И. С. Беликянцу мотивируя требования тем, что в период с 13.10.2010 года по 23.10.2010 года с системного компьютера ответчика, являвшегося системным администратором ЗАО «Кубанькабель», через Интернет скачивались фильмы, общим объемом 101 664,764 Мб. И. С. Беликянц использование сети Интернет в личных целях не отрицал, указав, что причинил вред ненамеренно, считая, что на предприятии используется безлимитный тарифный план на услуги Интернеа и использование связи может быть неограниченным.

    Рассмотрев данное дело, суд пришел к выводу, что ответчик допустил причинение предприятию материального ущерба не при исполнении трудовых обязанностей, а при использовании Интернета в личных целях — для скачивания фильмов.

    Таким образом, речь может идти о причинении ущерба не при исполнении трудовых обязанностей и в том случае, когда данный ущерб был причинен действиями, не связанными с исполнением трудовой функции.

    Нужно сказать, что согласно п. 1 ч. 1 ст. 243 ТК РФ полная материальная ответственность работника за ущерб, причиненный работодателю, может возникать и в случаях, предусмотренных иными федеральными законами.

    Так, согласно ст. 68 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» работники операторов связи несут материальную ответственность перед своими работодателями за утрату или задержку доставки всех видов почтовых и телеграфных отправлений, повреждение вложений почтовых отправлений, происшедшие по их вине при исполнении ими должностных обязанностей, в размере ответственности, которую несет оператор связи перед пользователем услугами связи. Иными словами, данный закон устанавливает полную материальную ответственность указанной категории работников в регрессном порядке, то есть в случае возмещения работодателем убытков третьим лицам.

    Марина Буянова, ведущий адвокат, эксперт по трудовым отношениям в бизнесе:

    Проблема привлечения работника к полной материальной ответственности на протяжении долгого времени обсуждается в науке трудового права. Однако особую актуальность она приобрела после внесения дополнений и изменений в ТК РФ Федеральным законом № 90 от 30 июня 2006 г., поскольку в число случаев полной материальной ответственности добавилось еще два (за причинение ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом, и за разглашение сведений, составляющих государственную, коммерческую и иную тайну, в случаях, установленных федеральными законами).

    Наиболее сложным из них в плане практического применения является последнее. В действительности, по общим правилам возмещения вреда в трудовом законодательстве возмещение возможно только в пределах прямого действительного ущерба, который в данном случае отсутствует. В связи с этим обстоятельством данная норма ст. 243 ТК РФ практически не применяется.

    Между тем на практике в некоторых случаях такой вред признается судами причиненным не при исполнении трудовых обязанностей, что позволяет взыскать с работника ущерб по правилам гражданского законодательства (т.е. с учетом упущенной выгоды или неполученного дохода). Безусловно, такой выход из положения является весьма спорным и не снимает проблему законодательного закрепления порядка применения данного положения ст. 243 ТК РФ.

    Ксения Евсеева, юрист ООО «1-й Консалт Центр»:

    В целях защиты интересов работников трудовое законодательство подробно регламентирует вопросы привлечения их к материальной ответственности, что значительно облегчает их положение, так как материальная ответственность работников по нормам трудового права существенно отличается от имущественной ответственности по гражданским нормам. Работники находятся в более благоприятном положении по сравнению с лицами, отвечающими по нормам гражданского права (в трудовом праве основной вид ответственности — ограниченная, устанавливающая предельный размер удержания, ответственность исключается при отсутствии вины работника в причинении ущерба, действует презумпция невиновности работника в возникновении ущерба, а возмещению подлежит только фактический ущерб).

    Все вышеперечисленное направлено на защиту интересов работника. Заключать договор о полной материальной ответственности можно только с указанными в законе лицами.

    Но в задачи трудового права входит не только улучшение положения работников, но и защита имущественных прав работодателя, поскольку именно его имущество в большинстве случаев используется для выполнения своих служебных обязанностей работником, и, как следствие, находится это имущество в «уязвимом» положении. Соответственно трудовое законодательство должно гарантировать ответственность работников за ущерб, причиненный имуществу работодателя. ТК РФ устанавливает случаи, в которых работник несет полную материальную ответственность, что, на мой взгляд, абсолютно справедливо. Если ущерб причинен умышленно, в состоянии любого вида опьянения, в результате преступных действий или административного проступка не при исполнении обязанностей либо путем разглашения сведений, составляющих тайну, то теряется сама суть ограничения ответственности работника. В перечисленных случаях причинение ущерба связано со своего рода «нарушением работником порядка». А что касается причинения ущерба не при исполнении, то ответственность не может быть иной кроме имущественной гражданской.

    Статья содержит очень полезную информацию и указывает на существующие на практике проблемы в защите прав работодателя. Совершенствование законодательства в этом вопросе необходимо, поскольку лояльность к работнику и улучшение его положения как субъекта трудовых отношений не должно сказываться на праве работодателя иметь гарантию полной материальной ответственности за причиненный ему ущерб.

    Матузов Н.И., Малько А. В. Теория государства и права: Учебник. М.: Юристъ, 2004. 512 с.