Эстоппель судебная практика

Рубрики Статьи

Применение положений п. 5 ст. 166 ГК РФ о недействительности сделки в судебной практике

В п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса закреплена одна из форм эстоппеля – правового принципа, согласно которому при наступлении определенных обстоятельствах лицо утрачивает право на возражение в обосновании своих притязаний.

Эстоппель можно назвать еще правилом коммерческой честности. Он запрещает переменчивое поведение сторон. Последствия его применение влекут за собой восстановление положения, существовавшего до того момента, когда кто-либо из участников сделки отклонился от выполнения установленной договоренности.

Законодатель установил, что заявление лица о недействительности сделки, действующего недобросовестно, в частности, если его поведение дает основание другим лицам полагаться на действительность сделки, не имеет правового значения.

Эта норма появилась в российском гражданском законодательстве сравнительно недавно. Введена в действие Федеральным законом от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ. Причиной ее закрепления послужило огромное количество споров о признании сделок недействительными, значительная часть которых инициировалась недобросовестными лицами, стремившимися избежать исполнения взятых на себя обязательств.

С момента принятия нормы прошло достаточное количество времени и суды, в том числе высшие, определились со своей позицией по ее применению. Рассмотрим судебную практику, остановив свое внимание на следующих аспектах:

  • какие действия суды квалифицируют как поведение, дающее основание другим лицам полагаться на действительность сделки;
  • случаи, когда суды эстоппель не применяют.

Из анализа судебной практики очевидно: если стороны приступили к исполнению договора, требование о признании сделки недействительной судом не удовлетворяется. Приведем примеры.

Ответчица в течение года выплачивала проценты за пользование займом и частично погасила основной долг. Суд пришел к выводу, что такое поведение дало основание полагаться истцу на действительность сделки и расценил заявленное ответчицей требование о признании сделки недействительной после предъявления к ней иска о взыскании задолженности по договору займа суд как злоупотребления правом на признание сделки недействительной.

Сторонами был заключен договор подряда. Подрядчик условия договора выполнил в полном объеме, что подтверждено документально, однако оплаты не получил. Судами установлено, что договор в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожным, поскольку он вопреки требованиям Федерального закона от 18 июля 2011 г. № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» заключен ответчиком, являющимся субъектом естественной монополии, не по результатам открытого конкурса, открытого аукциона или иного способа закупки, предусмотренного действующим у ответчика Положением о закупке. Суды применили п. 5 ст. 166 ГК РФ и правильно исходили из того, что признание договора недействительным не освобождает ответчика, заказавшего и принявшего выполненные работы и услуги, от обязательства их оплатить. Суд оставил кассационную жалобу без удовлетворения.

Возражение заказчика о признании договора поставки недействительным последовало после его исполнения сторонами на протяжении года и при обстоятельствах, когда к стороне, предъявившей встречный иск, заявлены требования, связанные с его ненадлежащим исполнением и, следовательно, с недобросовестным поведением.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции учел, что нарушения, допущенные самим заказчиком, не могут быть положены судом в основу признания договора недействительным по иску, предъявленному таким заказчиком.

Ответчик заявил в суде апелляционной инстанции о том, что договор аренды, на основании которого начислена спорная задолженность, является мнимой сделкой. Между тем он не оспаривает, что частично исполнял договор, внося арендные платежи за полученное в аренду имущество. При таких обстоятельствах, по мнению суда, ответчик в силу п. 2 ст. 431.1 и п. 5 ст. 166 ГК РФ не вправе ссылаться на недействительность договора аренды.

Суд пришел к выводу, что все приведенные ответчиком в кассационной жалобе доводы, направлены на уклонение от уплаты образовавшейся задолженности, поэтому оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции у суда округа не имеется.

Также суды признают недобросовестными организации, которые являются профессиональными участниками в сфере осуществления своей деятельности, в связи с чем осведомлены о правовых последствиях своих действий.

Страховая компания отказалась выплачивать страховое возмещение, ссылаясь на то, что условия заключенного договора страхования ответственности автоперевозчика за убытки, причиненные неисполнением (ненадлежащим исполнением) договорных обязательств отличается от положений п. 1 ст. 932 ГК РФ. Указанной нормой предусмотрено, что возможность застраховать риск неисполнения договорных обязательств должна быть прямо закреплена в законе, однако страхование ответственности перевозчика по договору автомобильной перевозки грузов законодательством не предусмотрено.

Суд пришел к выводу о недобросовестности поведения страховой компании, ссылаясь на то, что такие договоры заключаются страховщиком с любым обратившимся лицом на основании утвержденных организацией общими правилами. Страховая компания, являясь профессиональным участником рынка страховых услуг и считая себя добросовестным контрагентом, осознает правовые последствия данных договоров.

Отклоняя доводы ответчика о том, что дополнительные соглашения, которыми изменялись площади передаваемого в аренду объекта, являются ничтожными ввиду нарушения процедуры их заключения, суды приняли во внимание отсутствие в материалах дела доказательств того, что ответчиком заявлялись какие-либо возражения относительно подписания дополнительных соглашений в связи с несоблюдением процедуры их заключения или неполучения согласия собственника на передачу дополнительных площадей.

Суды отметили, что ответчик, будучи профессиональным участником гражданского оборота, при соблюдении стандарта поведения разумного и осмотрительного коммерсанта имел возможность установить несоответствие дополнительных соглашений требованиям законодательства, а потому после исполнения им условий дополнительных соглашений он лишается права оспаривания такого договора в силу положений п. 4 ст. 1, ст. 10, п. 5 ст. 166, п. 2 ст. 431.1 ГК РФ и правовых позиций, изложенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 апреля 2010 г. № 16996/09, Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2011 г. № 10473/11, Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2012 г. № 7884/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 20 июля 2015 г. № 307-ЭС15-1642.

На сегодняшний день судебная практика имеет два случая, при которых п. 5 ст. 166 ГК РФ не применяется.

Суды отклоняют доводы сторон, о том, что сделка не может быть признана недействительной в силу закрепленного в гражданском законодательстве принципа эстоппель, если в результате заключения сделки нарушается публичный интерес.

Организации был предоставлен земельный участок на основании договора безвозмездного пользования земельным участком в нарушение норм Земельного кодекса.

Суд не применил эстоппель, посчитав, что в данном случае нарушены установленные действующим земельным законодательством принципы платности землепользования и соблюдения публичных процедур при предоставлении земельных участков государственной и муниципальной собственности. При этом суд указал, что применение судом в настоящем деле правил п. 5 ст. 166 ГК РФ по заявлению организации приведет к нарушению положений п. 3 ст. 1, ст. 10 ГК РФ.

Суд применил эстоппель, указав при этом, среди прочих оснований, что заключение подобных договоров не нарушает права третьих лиц и публичные интересы.

Суды не применяют эстоппель к требованиям о признании недействительными сделок по специальным основаниям, сформулированным законодательством о несостоятельности.

Вопреки выводам судов положения п. 5 ст. 166 ГК РФ, не дозволяющие оспаривать сделку ее стороне, которая давала другим лицам основание полагаться на действительность сделки, не применяются к требованиям о признании недействительными сделок по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности. Данные специальные основания недействительности сделок направлены на защиту не столько интересов частноправового субъекта, являющегося стороной сделки, сколько на защиту его кредиторов (третьих лиц, не являющихся сторонами спорных правоотношений и не делавших каких-либо заявлений о действительности сделки).

Из представленных материалов можно сделать вывод, что анализируемая норма нашла свое применение и служит генеральным принципам гражданского законодательства, закрепленным в п. 3-4 ст. 1 ГК РФ, а именно добросовестности участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и запрета на извлечение преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения. При этом соблюдается баланс между частными и публичными интересами.

Принимая во внимание позицию судов можно уверенно сказать, что лицо, приступившее к исполнению порочной сделки, зная об имеющихся дефектах, лишает себя права в дальнейшем оспорить ее действительность.

Принцип эстоппель или принцип «непротиворечивого поведения». Часть 1.

Авторскую статью на тему: «Принцип эстоппель или принцип «непротиворечивого поведения». Часть 1» предоставил юрист ЗАО «Сибирское правовое агентство» – Гребенщиков Максим — 26.10.2018. Читайте каждую неделю авторские статьи от ведущих специалистов юридической отрасли, а также, подписывайтесь на нас в социальных сетях: Vkontakte, Facebook, Twitter, Instagram, Telegram. Оставляйте свои комментарии и вопросы, следите за новостями, а также участвуйте в конкурсах от ЗАО «Сибирское правовое агентство».

Эстоппель — принцип, в соответствии с которым лицо, действовавшее противоречиво и непоследовательно, лишается права ссылаться на определенные обстоятельства.

Иначе говоря, в силу принципа эстоппель та сторона спора, которая действует недобросовестно, своим последующим поведением опровергает свое предшествующее поведение лишается права ссылаться на незаключенность сделки, недействительность сделки или на иные обстоятельства, которые эта сторона оспаривает.

Читайте так же:  Пенсия чернобыльцев-ликвидаторов на сегодня в россии

Сам принцип эстоппель в Гражданском кодексе Российской Федерации (далее – ГК РФ), процессуальных кодекса Российской Федерации не поименован, хотя его содержание раскрыто в нормах некоторых из статьей ГК РФ и процессуальных кодексах РФ. До реформы 2013 года и в ГК РФ не было никаких положений о принципе эстоппель, хотя арбитражные суды изредка уже применяли данный принцип по аналогии с англосаксонской системой права.

Доктрина эстоппель (от англ. «estoppel» — лишать права возражения) давно известна в английском праве, особенности применения которой свойственны англосаксонской правовой семье . Принцип эстоппель возник в результате деятельности английских судов, однако в самом английском праве отсутствует легальное определение понятия «эстоппель», как и отсутствует единая правоприменительная практика в отношении правил его применения.

Аналогично английскому праву, как было сказано выше, в российском праве нет легального определения принципа эстоппель.

Поскольку принцип эстоппель означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне, то для принципа эстоппель характерен анализ сложившейся ситуации и обоснованности действий лица, которое полагалось на заверения своего контрагента. При этом совершенно не важно, понимало ли лицо, что оно своими действиями вводит в заблуждение своего контрагента, а также сознавало ли оно возможные последствия своих действий. В случае с эстоппелем значение имеют лишь фактические действия стороны, а не ее намерения.

Таким образом, принцип эстоппель применяется в том случае, когда одна из сторон ведет себя недобросовестно, в обход требований п. 3 и п. 4 ст. ст. 1 ГК РФ, в соответствии с которыми при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как указано в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Для реализации принципа эстоппель суд применяет норму п. 2 ст. 10 ГК РФ, в соответствии с которой в случае, если лицо при осуществлении гражданских прав действует исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действует в обход закона с противоправной целью, а также осуществляет свои гражданские права иным заведомо недобросовестным способом, то суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Также, стоит отметить, что принцип эстоппель иногда еще называют принципом «непротиворечивого поведения», что связано с тем, что лицо, которое оспаривает сделку или иной юридический факт одними своими действиями противоречит своим предыдущим действиям, действует непоследовательно. Например, займодавец по договору займа обращается в суд с требованием о взыскании с заемщика денежных средств по договору займа. Заемщик заявляет встречное требование о безденежности договора займа и, как следствие, о незаключенности договора займа. Займодавец предоставляет в суд расписку, из которой следует, что заемщик возвратил займодавцу часть суммы займа. В данной ситуации заявление встречного требования заемщика о безденежности и незаключенности договора займа, совершенное после написания им расписки, в соответствии с которой заемщик вернул часть суммы займа, противоречит расписке, имеющейся у займодавца. Данная расписка опровергает заявление заемщика о безденежности и незаключенности договора займа, показывает противоречивость поведения заемщика и указывает на его недобросовестность. В этой связи, суд вправе полностью отказать во встречном требовании заемщика и применить норму п. 2 ст. 10 ГК РФ, что является формализацией принципа эстоппель.

По состоянию на октябрь 2018 года случаи применения принципа эстоппель регламентированы нормами, содержащимися в п. 2 и п. 5 ст. 166 ГК РФ (для недействительных сделок), в п. 3 ст. 432 ГК РФ (для случаев незаключенных сделок), в п. 5 ст. 450.1 ГК РФ (для случаев отказа от исполнения сделки), ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (для процессуальных случаев). Данные нормы права являются общими нормами права, есть специальные нормы права, которые дополнительно уточняют и детализируют случаи применения принципа эстоппель и имеют приоритет над общими нормами.

О каждом из случаев применения принципа эстоппель с примерами судебной практики читайте в следующей части статьи, посвященной принципу «непротиворечивого поведения».

Чтобы каждый день получать больше информации, подписывайтесь на нас в социальных сетях:

Поезд дальше не идет: применение эстоппеля в арбитражном процессе

«Не противоречь сам себе»таков смысл эстоппеля, который широко используется, в том числе и в арбитражном процессе. В каком деле его применили впервые и что судебная практика считает злоупотреблением правом, рассказывает адвокат Адвокатского бюро «S&K Вертикаль» Алена Бачинская. В то же время, предостерегает она, недобросовестное поведение надо отличать от обычной процессуальной тактики, которая объясняется особенностями российского судопроизводства.

В последние годы законодательство и правоприменительная практика придают существенное значение принципу добросовестности участников гражданского оборота, стремясь наказать злоупотребляющую своими правами сторону и защитить лицо, действовавшее добросовестно. В целях реализации этого принципа отечественный правопорядок нередко заимствует различные иностранные институты. Одной из таких рецепций явилась доктрина эстоппеля. Эстоппель является традиционным правовым принципом в зарубежных странах. Он зародился в Англии, а затем был воспринят многими правопорядками.

По общему правилу, смысл эстоппеля заключается в утрате лицом права ссылаться на какие-либо факты или обстоятельства в связи со своим предыдущим поведением (отрицанием, утверждением и т. д.). Фактически эстоппель запрещает противоречивое поведение участников оборота.

Эстоппель в практике ВАС и ВС

Впервые в российском правопорядке на принцип эстоппеля прямо сослался Высший арбитражный суд РФ в постановлении Президиума ВАС РФ от 22 марта 2011 года № 13903/10 по делу № А60-62482/2009-С7. В этом деле суд указал, что стороны лишаются права на выдвижение новых требований, вытекающих как из основного, так и из дополнительных обязательств, относительно которых было заключено мировое соглашение. Суд руководствовался тем, что, заключая мировое соглашение, лица стремились прекратить имеющийся спор в полном объеме. И то, что они не предусмотрели в мировом соглашении какие-либо дополнительные обязательства или действия, которые надлежит исполнить той или иной стороне, означает полное окончание гражданско-правового конфликта.

В дальнейшем эстоппель или принцип venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению) применялся и в других случаях. При этом суды вплотную подходили к вопросу оценки противоречий в процессуальном поведении участвующего в деле лица с точки зрения добросовестности.

Так в постановлении № 1649/13 по делу № А54-5995/2009 Президиум ВАС РФ применил эстоппель против возражений ответчика относительно подсудности спора. Суд счел, что ответчик признал компетенцию суда, поскольку при длительном рассмотрении дела не указывал суду на неподсудность, а активно участвовал в процессе. Поэтому он утратил право возражать в отношении подсудности. При этом суд прямо признал ответчика лицом, злоупотребившим своими процессуальными правами, и последовательно описал, в чем выразилось такое злоупотребление.

Доктрина эстоппеля также была продемонстрирована и в известном деле ООО «Соллерс-Елабуга» (№ А65-30438/2012) о приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража. В постановлении № 1332/14 Президиум ВАС РФ не согласился с выводом суда первой инстанции о том, что арбитражная процедура существенно нарушена – должника не уведомили об арбитражном разбирательстве. Должник утратил право на выдвижение доводов о ненадлежащем уведомлении об арбитражном разбирательстве, поскольку из его предыдущего поведения следовало, что он признавал полномочия лица, фактически получившего уведомление арбитража (им являлся сотрудник материнской компании по отношению к должнику).

В другом деле ВС РФ применил эстоппель в ответ на заявление ответчика о том, что он является ненадлежащим. Суд расценил это как недобросовестность, поскольку ответчик впервые возразил против своего процессуального статуса лишь после отмены судебных актов, вынесенных в его пользу, и направления дела на новое рассмотрение (Определение ВС РФ от 09 октября 2014 по делу № А51-1943/2011).

Аналогичный подход продемонстрирован и в определении Верховного суда РФ от 13 апреля 2016 по делу № А57-12139/2011. Суд посчитал проявлением недобросовестного поведения довод о неподведомственности спора, заявленный стороной по делу только в суде кассационной инстанции, да еще и на втором круге. Сторона активно участвовала в деле и поначалу одерживала верх, однако только после проигрыша заявила о необходимости прекращения производства по делу в связи с неподведомственностью.

Нормативной основой для применения процессуального эстоппеля является ч. 2 ст. 9 АПК РФ, предусматривающая, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Участники процесса должны добросовестно пользоваться своими процессуальными правами в силу ч. 2 и 3 ст. 41 АПК РФ, а также обязаны заблаговременно раскрывать свои доказательства и аргументы перед другой стороной (ч. 3 и 4 ст. 65 АПК РФ).

Читайте так же:  Ташкент мирабадский район нотариус

Злоупотребление или процессуальная тактика

Все упомянутые дела свидетельствуют о том, что процессуальный эстоппель довольно прочно вошел в правоприменительную практику и в первую очередь касается противоречивого поведения участника на различных стадиях одного процесса или при сопоставлении с его досудебными действиями. Вместе с тем можно отметить, что противоречивое поведение стороны не всегда вызвано желанием злоупотребить правами и получить от этого какие-то выгоды.

Нередко участники дел строят свою правовую позицию с учетом хода процесса и удовлетворения либо отклонения судом тех или иных ходатайств. Процессуальное поведение лица обусловлено возможностью выиграть процесс в текущих обстоятельствах и на основании имеющихся доказательств.

Причиной этого отчасти является специфика отечественного арбитражного процесса. В России судья, как правило, не высказывает по ходу процесса суждения, из которых было бы понятно направление его мысли. Нередко часть заявленных ходатайств разрешается при удалении в совещательную комнату одновременно с принятием решения по делу.

Бывает, что участник дела выбирает в конкретном процессе какой-то один из возможных вариантов поведения или способов защиты своего права. И если результат процесса оказался не в его пользу, лицо может изменить свое поведение, попробовать использовать иной способ защиты права. Такое поведение, конечно, нужно отличать от других случаев, где непоследовательность вызвана совсем иными причинами, далекими от идеи доброй совести.

Безусловно, встает вопрос о добросовестности стороны, которая в ходе рассмотрения дела заявляет о тех или иных фактах и представляет доказательства, а в другом деле утверждает противоположное и вдруг предъявляет совсем другие доказательства. Это может объясняться желанием добиться фактического пересмотра выводов суда по первому делу, сделанных не в пользу такого лица, в обход предусмотренного законом порядка.

С учетом этого судам следует оценить такое процессуальное поведение в рамках различных процессов на предмет добросовестности и применить доктрину эстоппель в случаях очевидного злоупотребления лицом своими правами.

Эстоппель в гражданском и арбитражном процессе

Что за понятие эстоппель? Кто из юристов-практиков знает определение этому слову? С какого момента его стали применять в российском законодательстве? А также то, что судебная практика считает злоупотреблением правом?

На сегодняшний день правоприменительной и законодательной практикой РФ придается большое значение принципу добросовестности участников гражданского оборота, путем наказания злоупотребляющей своими правами стороны и защиты лиц, действовавших добросовестно. При реализации этих положений, отечественное право часто перенимает различные иностранные разработки.

Эстоппель – это правовой принцип, согласно которому лицо утрачивает право ссылаться на какие-либо факты в обоснование своих притязаний. В международном праве эстоппель означает утрату государством права ссылаться на какие-либо факты или обстоятельства в обоснование своих международных притязаний. На бытовом «понятном» языке смысл этого принципа кратко можно изложить как – «Не противоречь сам себе».

Основные элементы принципа эстоппель были сформулированы английским общим правом, данные элементы были полностью восприняты международным публичным правом, которые возвысили эстоппель до нормы-принципа. В английском праве эстоппель выполняет защитную функцию, т.е. он не допускает отказ от обещания воздержаться от использования права, но в то же время не предоставляет возможность требовать исполнения этого обещания. Эстоппель (обязательственный) направлен не на создание новых прав, а на защиту того, кто добросовестно полагается на данное ему обещание не осуществлять права. Действие данного принципа можно проиллюстрировать следующим примером.

Данный принцип широко применяется международной судебной и арбитражной практике.

В отечественном правопорядке эстоппель развивается преимущественно в рамках договорного права. Как указывалось ранее, в настоящее время, в России, закон направлен на защиту стороны, выполняющей добросовестно свои обязательства, поэтому принцип эстоппеля «прижился» в российском праве, в результате чего, в ГК РФ были внесены ряд изменений и дополнений, касающиеся злоупотребления правом в обход закона. Сейчас в российской правоприменительной практике он широко используется как в гражданском, так и в арбитражном процессе.

Впервые в российском праве этот принцип был сформулирован в постановлении Президиума ВАС N 13903/10 от 22.02.2011 по делу N А60-62482/2009-С7. В данном деле Президиум рассматривал проблему процессуального плана: имеется ли у стороны право требовать с должника в отдельном судебном процессе уплаты неустойки, если она не была оговорена при заключении мирового соглашения. Президиум постановил: не может, поскольку отсутствие в мировом соглашении каких-либо дополнительных обязательств означает «соглашение сторон о полном прекращении гражданско-правового конфликта и влечет за собой потерю права сторон на выдвижение новых требований (эстоппель)». С 2013 г. принцип эстоппеля включён в российское законодательство (п. 5 ст. 166 ГК РФ), а в 2015 году включён в пункт 3 статьи 432 ГК РФ). Нормативной базой для применения процессуального эстоппеля является ч. 2 ст. 9 АПК РФ, предусматривающая, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Участники процесса должны добросовестно пользоваться своими процессуальными правами в силу ч. 2 и 3 ст. 41 АПК РФ, а также обязаны заблаговременно раскрывать свои доказательства и аргументы перед другой стороной (ч. 3 и 4 ст. 65 АПК РФ).

Сфера применения принципа эстоппель достаточно обширна. Используется не только в материальном, но и в процессуальном праве. Основное назначение данного принципа – защита добросовестных участников гражданского оборота от неожиданных притязаний контрагентов, которые, несмотря на достигнутые договоренности, могут выдвигать свои возражения и требования повторно или же заявлять новые требования. Принцип эстоппель по существу является совершенно новым и эффективным средством правовой защиты, позволяющим отклонить такие притязания без рассмотрения их по существу.

Если недобросовестный контрагент или иное заинтересованное лицо обратится с иском в суд о признании сделки недействительной, использование эстоппеля позволит защититься от предъявленного иска. Данное положение находит отражение в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.11.2014 по делу N А56-68173/2013, где суд дает разъяснения, что же понимается под недобросовестными действиями сторон, заключивших ранее сделку.

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 27.10.2014 по делу N А40-15580/13-102-145 разъясняется, что в качестве действий, свидетельствующих о фактическом принятии условий сделки, согласии с ее содержанием, могут рассматриваться: подписание сделки без замечаний, получение исполнения по ней без возражений, оформление сопроводительных документов и другие.

В решении Арбитражного суда Республики Марий Эл от 08.04.2015 по делу N А38-3908/2014 трактуется применение принципа эстоппель. При наличии обстоятельств, можно будет отклонить иск о признании сделки недействительной, если он заявлен недобросовестной стороной, которая получила причитающееся ей исполнение, однако от предоставления своего исполнения стремится уйти.

Кроме того, в одном деле суд отклонил иск о признании недействительным дополнительного соглашения к договору аренды, которое продлевало его срок и в течение длительного периода времени исполнялось сторонами.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.01.2015 по делу N А32-6342/2014, суд указал, что в соответствии с действующим законодательством, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Таким образом, на основании изложенного, можно сделать вывод, что принцип эстоппеля, обеспечивает соблюдение принципа добросовестности сторон при вступлении сторон в договорные отношения.

Анализируя принцип эстоппеля в российской правоприменительной практике нельзя сказать, что у нас все очень замечательно и «сахарно».

Знакомясь с документами клиентов, очень часто можно увидеть фразы- «у сторон нет и не будет друг к другу имущественных, моральных и т.п. претензий». Но как это перекликается в реальности с российским правом? Если убрать вопрос о доказывании явной недобросовестности, то перед нами встает огромный барьер в виде п. 2 ст. 9 ГК — «Отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом».

В качестве обоснования этой нормы можно привести следующие решения:

Постановление ФАС ДВО от 9 ноября 2011 г. N Ф03-5287/2011.

«При этом суды обоснованно отклонили ссылку ответчика на письмо компании от 12.04.2011, которым последний гарантировал отказ от исковых требований в случае оплаты ООО «Провижн-Компани» долга и судебных издержек, которая была им произведена. Суды правильно исходили из того, что данный письменный отказ от реализации прав не влечет их прекращения в силу пункта 2 статьи 9 ГК РФ, и не может служить основанием для понуждения компании отказаться от непогашенной части исковых требований, либо для вынесения судом решения об их неудовлетворении.»

Постановление ФАС МО от 24 февраля 2012 г. по делу N А40-71837/11-58-398.

«Жалоба мотивированна отсутствием оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку сторонами подписано соглашение об отказе от взыскания штрафных санкций.

Довод заявителя о том, что отказавшись от взыскания процентов за нарушение обязательства по договору займа, истец фактически утратил право на применение в дальнейшем к ответчику такой меры ответственности, как взыскание процентов отклоняется судом кассационной инстанции.

Как правильно указал суд апелляционной инстанции, данное право противоречит пункту 2 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав.»

Постановление ФАС ПО от 26 августа 2013 г. по делу N А55-13226/2009.

Читайте так же:  Образец приказа о расстановке кадров в доу

«Ссылка уполномоченного органа на гарантийное письмо арбитражного управляющего Кархалева В.А. от 14.12.2011 о том, что он обязуется не предъявлять претензий по оплате вознаграждения к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 18 по Самарской области как к заявителю, независимо от восстановления платежеспособности должника, обоснованно отклонена судом апелляционной инстанции.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращение этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом.»

— Постановление ФАС ЗСО от 22 октября 2010 г. по делу N А46-1254/2010.

«Суды, оценив условия пунктов 2.7.7 и 4.3 в части, касающейся пункта 2.7.7 договора, которыми предусмотрено наложение штрафных санкций за привлечение заемщиком без предварительного согласования с банком кредиты в других банках в период действия спорного договора, пришли к выводу о том, что данные условия договора нарушают права истца на свободный выбор контрагентов по привлечению денежных средств в хозяйственную деятельность и нарушают его имущественные права, следовательно, являются недействительными, как не соответствующие статьям 1, 9, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Таким образом, когда идет речь о фактическом нарушении права, то не важно, что когда-то, до обращения в суд, лицо «не имело претензий», «обязалось не обращаться в суд» или «что-то подписало», так как существуют нормы права, которые регулируют данные отношения, а именно — п. 2 ст. 9 ГК и ч. 3 ст. 4 АПК.

С учетом вышеизложенного, можно сделать вывод, что ссылаясь и применяя на практике институт «эстоппель» не всегда можно быть уверенным в его эффективном применении именно в наших судах, так как у нас в России очень сложное и порой очень противоречивое законодательство.

Эстоппель: ВС рассказал, где его надо применять

Эксперты «Право.ru» отмечают, что суды общей юридикции редко применяют такой правовой принцип, как эстоппель, в отличие от арбитражей. На примере земельного спора из Краснодарского края Верховный суд объясняет нижестоящим инстанциям, когда новый для российского законодательства правовой институт можно использовать. ВС обратил внимание и на другие нарушения в акте краевого суда.

В 2013 году в российском законодательстве появился новый правовой институт под названием эстоппель (п. 5 ст. 166 ГК). Эта новация, являясь продолжением принципа добросовестности, распространилась как на материальное право, так и на процессуальное. Если говорить о процессуальном эстоппеле, то его можно применить, начиная с того момента, когда спор дошел до апелляционной инстанции, поясняет Евгений Пугачев, руководитель практики «Земля.Недвижимость.Строительство» юрфирмы «Интеллектуальный капитал». Суть такого института заключается в том, что сторона разбирательства не сможет реализовать свое право в апелляции, если не пыталась это сделать в первой инстанции. Подобная ситуация и возникла в земельном споре из Краснодарского края.

Эстоппель (от англ.«estop» — лишать права выдвигать возражения) – правовой принцип, согласно которому лицо теряет право ссылаться на какие-либо факты в обоснование своей позиции.

Началось все еще в 2006 году, когда колхоз «Память Ленина» арендовал 0,5 га земли в селе Новоленинский Краснодарского края. Этот участок находился в общей долевой собственности местных жителей, поэтому арендодателями выступили сразу несколько десятков человек. Спустя три года, несколько владельцев этой земли ее поделили и зарегистрировали право собственности на свои части недвижимости. После успешного разделения участка новые земли передали в аренду ЗАО «Лебяжье-Чепигинское». Таким образом, «Память Ленина» лишился возможности пользоваться ранее арендованными территориями.

Колхоз не согласился со сложившейся ситуацией и оспорил разделение единого участка в судебном порядке. Тимашевский районный суд в 2009 году признал тремя решениями выделы земельных долей недействительными и постановил отменить арендные соглашения с «Лебяжье-Чепигинское». Однако новый арендатор не спешил выполнять принятые судебные решения и продолжал пользоваться землей.

Борьба за единство

В начале 2016 года колхоз «Память Ленина» стал банкротом (дело № А32-2426/2009) и потерял возможность добиться исполнения судебных актов 2009 года. Тогда уже другие сособственники 0,5 га земли во главе с Андреем Исаевым* обратились в Тимашевский райсуд с иском к «Лебяжье-Чепигинское», потребовав восстановить единый участок и право общей долевой собственности на него. Ответчик с такими требованиями согласился, удовлетворила их и первая инстанция (дело № 2-813/2016). Суд сослался на то, что еще в 2009 году выдел долей из единой недвижимости признали недействительным, поэтому участок надо вернуть в прежние границы. Но после такого решения «Лебяжье-Чепигинское» изменило свое мнение по этому спору и обжаловало акт первой инстанции в апелляцию.

Краснодарский краевой суд решил, что истцам в этом деле надо отказать. Апелляционная инстанция указала на то, что заявители в рассматриваемом споре не доказали, как ответчик нарушил их права по пользованию землей (дело № 33-16849/2016). Апелляция подчеркнула, что «Лебяжье-Чепигинское» не меняло границы участка в 0,5 га, так как это сделали другие его сособственники, а возможное удовлетворение иска может затронуть их права.

Проглядели эстоппель

Исаев и соистцы не согласились с актом апелляции, обжаловав его в Верховный суд. ВС в первую очередь обратил внимание на то, что апелляция безмотивировочно квалифицировала заявленный иск как негаторный (об устранении препятствий по пользованию имуществом). Хотя первая инстанция, наоборот, посчитала эти требования «применением последствий недействительности сделки». Судьи ВС пояснили, что абстрактное утверждение о том, будто удовлетворение иска нарушит права третьих лиц, неверно (дело № 18-КГ17-68). Апелляции нужно было установить, кто именно владеет долями в праве собственности на участок и привлечь этих лиц к делу, отметил ВС.

Помимо этого нижестоящий суд не оценил возможность применить в этом споре процессуальный эстоппель, посчитала Судебная коллегия по гражданским делам ВС. Судьи ВС указали на то, что в первой инстанции ответчик согласился с требованиями истца, а после решения Тимашевского райсуда «Лебяжье-Чепигинское» поменяло свою позицию, подав апелляционную жалобу.

«Тройка» судей под председательством Вячеслава Горшкова отменила акт апелляции и отправила дело на новое рассмотрение обратно в Краснодарский краевой суд (прим. ред.пока еще не рассмотрено).

Эксперты «Право.ru»: «ВС обоснованно обратил внимание на недобросовестность ответчика»

Суды общей юрисдикции менее охотно применяют эстоппель, нежели арбитражные суды, отмечает юрист АБ «Линия Права» Фаррух Саримсоков. По его мнению, рассматриваемое решение ВС может стать триггером, чтобы усилить использование обсуждаемого правового института. Юрист петербургской практики «Пепеляев Групп» Вадим Инсаров предупреждает, что процессуальный эстоппель должен использоваться с осторожностью и в исключительных случаях. В частности, когда речь идет об очевидном и грубом злоупотреблении со стороны участника спора. Юрист уверен, что в этом деле не стоит применять обсуждаемый институт. По его словам, ответчик мог изменить свою позицию в апелляции по самым разным причинами, которые могут быть и не связаны с недобросовестностью. Буквальное восприятие позиции ВС нижестоящими судами может ограничить право сторон на судебную защиту, что приведет к серьёзным негативным последствиям, добавляет Инсаров.

Противоположного мнения придерживается юрист КА «Юков и партнеры» Александра Воскресенская. Она считает, что в этом споре ВС обоснованно обратил внимание на недобросовестное поведение ответчика: «Изменение процессуальной позиции «Лебяжье-Чепигинское» являлось для истца непредвидимым и затруднило выработку по делу собственных доводов для их представления в апелляции». Эксперт подчеркивает, что сторону разбирательства нужно заранее уведомлять обо всех значимых для процесса действиях: «Это обеспечит справедливое судебное разбирательство, основанное на принципах состязательности и равноправия».