Что дало ночлежникам пребывание рядом с ними луки

Рубрики Статьи

Помог или навредил ночлежникам Лука?

Он умница…
Сатин
Мнения на этот счет разнообразны и противоречивы. Многие критики обвиняют Луку в том, что он не сделал ничего для спасения обитателей «дна», а только жалел их. Ночлежникам нужны не обещания, а конкретные действия, на которые Лука не способен.
Другие утверждали, что Лука «вызвал к свету всё хорошее, что раньше дремало беспробудно. «Лука не кто иной, как Данко, — сказал Нежданов.- которому приданы лишь реальные черты».
Я тоже считаю, что Лука ни в коем случае не навредил. С годами менялось отношение общества к этому персонажу. Раньше считали, что жалеть и утешать человека унизительно, и относили Луку к разделу отрицательных героев, к представителю лжи. Однако в наше время, когда человек чувствует своё одиночество и ненужность окружающих, Лука получил «вторую жизнь». Он жалеет живущих рядом людей. И пусть только на мгновение в их душах загорается надежда, а это уже немаловажно.
«Странник», как называет себя Лука, пытается каждого утешить, подбодрить ласковым словом участия, обнадежить, пусть даже заведомой ложью во спасение. Разговаривая с Лукой, ночлежники впервые встречаются с человеком, который их не только готов выслушать, но и поверить во всё сказанное, без смеха и унижения их достоинства. Лука пытается понять их беды, утешает, принимает часть их боли, как им кажется, на себя.
Каждому жителю ночлежки Лука чем-то помог. Он терпеливо выслушивает жалобы Анны, успокаивает рассказами о загробной жизни за все её муки на земле. Лука пробудил в ней теплые воспоминания о своем батюшке: «… на отца ты моего похож… такой же ласковый… мягкий…» «Мяли много, оттого и мягок…» — говорит старик. Он действительно ласков, называет её «милая», «голубка», причем относится так ко всем: и к Насте, и к Пеплу.
Он возрождает веру, способную повести человека за мечтой. Актера Лука убеждает, что есть такая лечебница, в которой излечивают от алкоголизма, что Актер еще сможет блеснуть на сцене, когда избавится от своей болезни.
Ваське Пеплу Лука говорит, что еще не все потеряно, что он сможет начать новую жизнь и его не будут звать вором.
Лука верит, в чистоту души проститутки Насти, верит в то, что и у неё была чистая и высокая любовь, и Настя оживает, выпрямляется, начинает чувствовать себя человеком. Старик слушает её без тени иронии, говоря: «во что веришь, то и есть»
И нет вины Луки в том, что его благим намерениям не суждено осуществиться. Он жалеет ночлежников, которые потеряли человеческие чувства, они забыли, что в жизни есть добро, сострадание, справедливость. Появление Луки очеловечило этих людей. Циничный Сатин сказал: «Он подействовал на меня, как кислота на старую и грязную монету…»
Я считаю, что такие люди, как Лука, обязательно нужны обществу. Он смог очеловечить ночлежников, заставил задуматься о смысле жизни. Прочитав пьесу «На дне», тоже невольно задумываешься о вечных проблемах человечества.

37339 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Рекомендуем эксклюзивные работы по этой теме, которые скачиваются по принципу «одно сочинение в одну школу»:

«Приход Луки только на минуту ускоряет пульс замирающей жизни, но ни спасти, ни поднять он никого не может» (И.Ф.Анненский) (по пьесе М.Горького «На дне»)

/ Сочинения / Горький М. / На дне / Помог или навредил ночлежникам Лука?

Смотрите также по произведению «На дне»:

«Не всегда правдой душу вылечишь. » (По пьесе М. Горького «На дне».)

«Не всегда правдой душу вылечишь. » (По пьесе М. Горького «На дне».)

Пьеса «На дне» была написана в 1902 году. Она имеет большое значение в творчестве Максима Горького. В этом
произведении поднимаются философские вопросы о смысле жизни, о путях её изменения. Автор призывает всех к отходу от
жуткого и недостойного существования к счастью и совершенствованию. Решением этого призыва является оглашение и
раскрытие правды, возбуждение гордости.
Герои пьесы- люди, опустившиеся на самое дно общества. В них исчезло всё человеческое, они утрачивают свои духовные
качества, для них уже не существуют такие ценности, как любовь, дружба, честность, взаимопомощь. Герои мучаются от
своего положения, но ничего не могут изменить: они по-прежнему тяжело живут, ненавидят друг друга, способны предать ради
денег. Самое ужасное заключается в том, что герои не стремятся и не пытаются изменить свою жизнь, свой быт и свою душу.
Неожиданное появление старца Луки вносит в их скучное и развратное житьё перемены: к каждому персонажу он находит
особый подход, он обнадёживает тем, что ещё не всё потеряно, может и жизнь-то только начинается. Многие обитатели
ночлежки искренне верят ему и в их душах рождаются надежды на будущее. Вся деятельность Луки состоит в том, чтобы
«помочь людям распутать себя, свою сущность».
Актер верит выдуманным рассказам Луки о лечебнице, где лечат от алкоголизма. Лука заставляет поверить Наташу и Пепла в
возможность их совместной чистой жизни в Си-бири. Для доброго, движимого любовью к людям Луки главное, чтобы в человеке
жила вера и надежда, а каким путем это будет до-стигнуто — неважно. Лука верит в человека, в возможность его воскрешения
при помощи веры. И в этом заключается философская позиция Луки, его правда, которой противостоит в пьесе позиция Бубнова.
«А я вот. не умею врать! Зачем? По-моему — вам всю правду, какая она есть! Чего стесняться?»-говорит Бубнов. Бубнов
при-знает только голый факт, все остальное для него—вранье. Он не понимает, зачем Лука обманывает обитателей ночлежки
своими красивыми историями, зачем жалеет их. Правда Бубнова жестокая, безжалостная, она основана на равнодушии к людям,
она исключа-ет всякую надежду на изменение человека. В сравнении с правдой Бубнова, конечно же, выигрывает позиция Луки.
В пьесе правда соотносится с верой. Вера человека, если он дей-ствительно верит, становится его правдой, правдой его
жизни. Настя верила в то, что у нее была настоящая любовь, а Барон и Бубнов смеялись над ней, считая, что она врет и
просто хочет «при-украсить свою душу». Лука — единственный, кто понял Настю. «Твоя правда, а не ихняя. коли ты веришь,
была у тебя настоя-щая любовь. значит— была она!»
Потеря такой веры может обер-нуться трагедией для человека, об этом говорит Лука, рассказывая притчу о праведной земле.
Однако с Актером происходит то же самое, что и с человеком, верившим в праведную землю. Лука исче-зает из ночлежки в
самый важный для ее обитателей момент, когда у многих из них зародилась вера во что-то лучшее. Герои теряют только что
приобретенную веру, и это оборачивается для многих трагедией.
Актёр обвиняет его в том, что он не оставил адреса бесплатной лечебницы. Все герои сходятся в том, что надежда, которую
Лука вселил в их души, ложная. Но ведь он и не обещал вывести их со дна жизни, просто поддерживал их веру в то, что
выход есть. Та вера в себя, которая проснулась в сознании ночлежников, оказалась слишком непрочной. Всё дело в слабости
героев, в неспособности и нежелании их противостоять безжалостным социальным обстоятельствам, поэтому главное обвинение
автор адресует не Луке, а героям. Горькому удаётся вскрыть одну из характерных черт русского характера:
неудовлетворённость реальностью, резко критическое к ней отношение и полную неготовность что-то предпринять для того,
чтобы эту реальность изменить. Именно поэтому столь тёплый отклик находит Лука в их сердцах: он объясняет все их неудачи
внешними обстоятельствами. Такая идеология может лишь примирить героя с его нынешним положением и не подвигнет его к
попытке это положение изменить.
Актер кончает жизнь самоубийством, Пепла сажают в тюрьму, Наташа попадает в больницу. Развитием сюжета пьесы, ее
печальным финалом Горький показывает, что Лука был не прав. Лука не смог до конца спасти и возродить обитателей
ночлежки, так как его правда, то есть позиция «утешительства’, была основана на жалости к людям, на милосердии, она не
дала героям веры в себя. Слушая Луку, обитатели ночлежки начинают верить во что-то. Но как только исчезает человек,
утешавший их, заставлявший их верить, они сразу же теряют эту веру и опускаются снова. Одна-ко Лука все-таки изменил
многих обитателей ночлежки в лучшую сторону, заставил их задуматься о своей жизни. Наиболее сильное влияние Лука оказал
на Сатина. «Он подействовал на меня, как кислота на старую и грязную монету. » — говорит Сатин о Луке. Из аморального,
ко всему безразличного, ненавидящего людей че-ловека Сатин превратился в авторского резонера. Свои монологи в последнем
действии Сатин произносит только под воздействием Л!
уки. Сатин является единственным, кто до конца понял позицию Луки. Из философии Луки Сатин берет веру в человека
(«Чело-век — вот правда! Он это понимал. »), но веру без жалости и милосердия. Человека надо уважать, а не жалеть — вот
что теперь ста-новится главным для Сатина. Сатин говорит, что надо верить в соб-ственные силы человека, для сильного,
гордого человека не нужны жалость и милосердие, они нужны только для слабых. «Ложь — религия рабов и хозяев. Правда —
бог свободного человека» — этим и разрешается философский спор о правде в пьесе «На дне».
Заметно, что главное слово в пьесе – правда. Это слово лейтмотивом проходит через всю пьесу. Но правда героев не
однозначна. Она находится как бы в двух измерениях. С одной стороны- правда их будничной жизни, правда «дна», и с
другой- правда, которую они хотели бы увидеть. Это правда «вымышленная». И самого начала мы уже видим конфликт этих двух
правд.
Конфликт этот есть конфликт реального настоящего и гипотетического будущего. Но реальное настоящее противопоставляется
также и прошлому, то есть герои хотят вернуть свое прошлое. Ведь в пьесе мы не видим, какими путями они пришли в
ночлежку. Из диалогов персонажей мы представляем, какими они были раньше и что с ними стало. Отсюда в пьесе постоянное
обращение к прошлому.
Тема правды в пьесе перекликается с темой веры. Носителем философии веры является Лука. Для него правда человека та, в
которую он верит. Стоит ли обвинять во лжи старца, который единственный из обитателей ночлежки думает не о себе, не о
деньгах, не о выпивке, а о людях? Он старается приласкать (“Человека приласкать никогда не вредно”), он вселяет надежды
спокойствием и жалостью. Именно он, в конце концов, изменил всех людей, всех обитателей ночлежки. Да, Актёр повесился.
Но виновен в этом не только Лука, но и те, кто не жалел, а резал по сердцу правдой.
Существует некоторый стереотип в отношении правды. Нередко считается, что правда всегда хороша. Конечно, ценно, если ты
всегда живёшь правдой, реальностью, но тогда невозможны мечты, а вслед за ними – другое видение мира, поэзия в широком
смысле этого слова. Именно особый взгляд на жизнь рождает прекрасное, служит основой искусства, которое в конце концов
также становится частью жизни.
Человеческие чувства и мечты, его внутренний мир дороже всего и ценнее всего, потому что мечта не ограничивает, а
развивает. Правда не дарит надежд, правда не верит в Бога, а без веры в Бога, без надежд нет будущего.
Возможности человеческой личности не ограничены, нужно только не смиряться, не опускать головы, не ждать слов утешения,
нужно уметь мобилизировать все физические и духовные силы, и только тогда можно надеяться на достойную жизнь. Я верю,
что должны исчезнуть нищие с тротуаров, просящие подаяние; что люди, брошенные не «дно» жизни, обретут веру в свои силы,
нужно только помочь им осознать себя личностью и встать на путь своего спасения. И здесь один путь-вера в возможности
человека, в его неисчерпаемую силу духа, воли.

Характеристика Луки

Характеристика Луки в пьесе Горького «На дне».

В пьесе « На Дне» Максим Горький показывает нам жизнь и нравы обитателей ночлежки. Ночлежка – грязный и полутемный подвал. Здесь тесно и душно, но вырваться из этого мирка обитателям ночлежки некуда, они уже давно морально сломлены

Образ Луки у Горького — это самый светлый образ из всех обитателей ночлежки. Сам Горький неоднозначно относится к Луке, но считает его положительным героем. У многих жителей ночлежки появление Луки вызывает раздражение, но кто-то и рад его появлению, например Анна. Лука пытается успокоить ее перед смертью: «Помрешь, и будет тебе спокойно… ничего больше не надо будет, и бояться нечего!» Многие считают, что это ложь, но для верующего человека, каковым является Лука, это не ложь, а правда.

Характеристика Луки, ночлежка в пьесе Горького На дне

Читайте так же:  Когда будет компенсация вкладов 1992г

Актеру Лука рассказывает о лечебнице, где его излечат от пьянства. Он с состраданием выслушивает всех жителей ночлежки, Настю с её романтическими фантазиями. Лука заведомо говорит неправду, говорит то, что хотят услышать его собеседники. Пусть Лука лжёт, но после разговоров с ним людям становится легче, они обретают веру и надежду. Лука помогает ночлежникам увидеть темные стороны своих душ, но не винит их самих в этом, а винит обстоятельства. У жителей ночлежки нет будущего, они живут сегодняшним днем, у них одна судьба, и они уже не надеются ее изменить. Но приходит Лука, и все так или иначе реагируют на его появление, никто не остается равнодушным. Одни видят в нем проходимца и обманщика, а другие — ласкового и доброго человека.

Ложь Луки иногда вызывает непонимание. Что это за «хорошая сторона Сибирь», куда он предлагает отправиться Пеплу с Наташей? Сибирь — далеко не благодатный край, и путь туда труден. Но не напрасно Пепел, вор с раннего детства, так цепляется за мечту о лучшей жизни в Сибири. Есть в Луке что-то, что заставляет людей доверять ему.

Лука много повидал и испытал на своем веку. Он верит, что всякий человек достоин жалости. Он убедился на своем горьком опыте, что в мире почти не осталось ни правды, ни справедливости.
Лука — удивительный человек. Он улавливает мечты каждого обитателя ночлежки и помогает им осуществиться. У ночлежников уже нет целей в жизни, что так важно для каждого человека. Ключом к пониманию жизненной философии Луки является рассказанная им притча о человеке, который мечтал о праведной земле, где живут хорошие люди. Но оказалось, что этой земли не существует, и он с горя повесился.

Ночлежники считали, что Лука вселил ложную надежду в их души, но он не врал, а лишь поддерживал в них веру в себя, в свои силы и возможности. Но вера оказалась непрочной, и с исчезновением Луки тут же угасла. Все дело в слабости самих героев, в неспособности и нежелании что-либо сделать, чтобы противостоять обстоятельствам, которые обрекают их на существование в ночлежке Костылевых.

К Луке тянутся люди, потому что он всегда им сопереживает. К нему располагает его человеколюбие, его потребность делать добро, стремление помочь нуждающимся, чем только можно. У Луки нет никаких особенных убеждений. Лука умеет становиться эхом других людей. Он — зеркало, в котором отражаются души тех, с кем он беседует. Лука мудр, потому что он не только делится своим опытом, но и впитывает опыт других людей. Людям хочется простой, лёгкой жизни, потому им проще верить сказкам Луки, чем лозунгам Сатина.

Герои пьесы относятся к Луке по-разному. Особенно это проявляется ближе к финалу. Поступки, на которые Лука провоцирует людей, не всегда приводят к ожидаемому результату. Чаще итог плачевен. Наиболее горький и трагический пример – смерть Актера. Но ведь изначально побуждения Луки — самые добрые, недаром старика защищает его антипод Сатин. Лука – не отрицательный и не положительный персонаж. Каждый может относиться к нему по – своему. Но нет сомнения в том, что если бы не было ложных представлений о жизни Луки, то не родилась бы и правда Сатина.

«Не всегда правдой душу вылечишь. » (По пьесе М. Горького «На дне».)

«Не всегда правдой душу вылечишь. » (По пьесе М. Горького «На дне».)

Пьеса «На дне»была написана Максимом Горьким в 1902 году, и 18 декабря того же года состоялась ее премьера во МХАТе.
Этой пьесой Горький продолжает, переосмысливает и завершает тему босячества, но в то же время автор ищет ответы и
на философские вопросы, главный из которых является вопрос: «Что лучше: сострадание или истина? Что нужнее ?». В пьесе
сталкиваются различные идеи, взгляды, позиции;каждый из героев по-своему отвечает на эти вопросы.
Действие пьесы происходит в подвале, лишенном света и воздуха, угрюмом, сыром, душном. Но именно здесь вынуждены
жить самые разные люди. Они создают собирательный, многоликий образ «дна».
Герои ведут привычный образ жизни: ругаются, ссорятся, чья очередь убирать, и так далее. Но появление странника
Луки нарушает сложившуюся обстановку.
Прежде всего необходимо сказать, что этот маленький сгорбленный старичок совсем не похож на обитателей ночлежки.
Его напевно-плавная, мягкая речь резко контрастирует с рычанием Сатина, прерывистыми фразами Клеща, криками, свистом.
Герои постоянноунижают друг друга, оскорбляют. Такие обращения как «козел ты рыжий», «старая собака», «нечистый дух»,
«дуреха», «звери» вполне обычны и привычны здесь. А Лука называет ночлежников не иначе, как «народ честной», «браток»,
«голубка», «матушка», «милая», «детынька». Еще Лука привлекает нас тем, что для него все люди одинаковы: «… По-моему,
ни одна блоха –не плоха:все-черненькие, все-прыгают» — говорит он.
Лука очень много всего рассказывает, и, именно благодаря этим рассказам, мы хоть что-то узнаем о стараннике. Из его
поведения в некоторых эпизодах (разговор Луки с Бубновым, Пепла с Костылева) мы можем сделать вывод, что Лука – беглый
каторжник. По-видимому, он, прекрасно понимая, что в суровых условиях Сибири ему не выжить, решился на побег. И,
наверно, поэтому у Луки нет паспорта, и он так боится полиции, что исчезает в тот момент, когда убивают Костылева.
Почти все действующие лица лишены чего-то в жизни: Актер – возможности играть на сцене, Клещ – постоянной работы,
Настя – любви. Они мучительно пытаются изменить свое положение и находят понимание и сочуствие именно у Луки. С его
появлением у ночлежников крепнет вера в лучшую жизнь, возникает надежда на выход со «дна». Он к каждому человеку
находит свой подход.
Потерявшему все из-за тяги к алкоголю Актеру Лука дарит веру в излечение: «От пьянства нынче лечат, слышь!
Бесплатно, браток, лечат… такая уж лечебница устроена для пьяниц… чтобы, значит, даром их лечить… Воздержись… возьми
себя в руки и – терпи… А потом вылечишься…и начнешь жить снова… Ну, решай в два приема…» Актер легко верит Луке потому,
что в душе уже несет эту мечту. По словам Ю.Юзовского, Актер дает «повязать на глаза повязку» возвышающего обмана».
Лука успокаивает и Анну, дарит ей утешение перед смертью, облегчает шаги в жизни; «Вот значит помрешь, и будет
тебе спокойно… Ничего больше не надо будет, и бояться – нечего!… Смерть – она все успокаивает… она для нас ласковая… Ты
верь! Ты – с радостью помирай, без тревоги…» Анна, которую всегда били и обижали, видит в Луке ласкового, похожего на
отца человека и верит ему.
Не так легко все получается у Луки с вором и бандитом Васькой Пеплом, трезво смотрящим на вещи. Но человечность,
забота, внимание со стороны странника заставляют Пепла искренне поверить в «праведную землю» — в Сибирь, где можно
начать новую, совершенно другую жизнь.
Лука также убеждает Наташу поверить Пеплу и уехать вместе с ними: « И я скажу – иди за него, девонька, иди. Он –
парень ничего, хороший!»
С Настей у Луки не возникает никаких проблем. Она живет мечтами, а Лука лишь подбадривает ее, говоря: «Твоя правда,
а не ихняя… Коли ты веришь, была у тебя настоящая любовь… значит – была она!».
Для Актера, Насти, Анны, Пепла и Наташи вера важнее правды. Именно они откликаются на реплику Луки: «Во что веришь,
то и есть».
Но не со всеми ночлежниками у Луки складываются замечательные отношения. Некоторые из них –Бубнов, Барон – не
пытаются вырваться, они уже отчаялись и потеряли веру, надежду на спасение. И Лука достаточно умен, чтобы понимать
ненужность и бесплодность попыток изменить их.
Лука приносит в мир страданий, унижений, несчастий очень важную идею –необходимо жалеть, понимать и уважать людей,
сочувствовать им и сострадать: «Человека приласкать –никогда не вредно… Надо… кому-нибудь и добрым быть… жалеть людей
надо!» Лука утешает, дарует обитателем ночлежки надежду. Он говорит нелицеприятные слова хозяевам, вступается за
несправедливо обиженных. Например, он говирит Барону: «Ты , барин, зачем девку тревожишь? Она ведь для своего
удовольствия слезы льет… чем тебе это вредно?»
Однако в образе Луки не все так просто и однозначно, как кажется на первый взгляд. Главное в Луке –это ум,
основанный на жизненном опыте. Его доброта идет от ума Лука не придумывает для каждого из ночлежников мечты, а лишь
поддерживает уже сформировавшуюся надежду. Для Луки « нет объективных истин и ценностей, а есть столько истин, сколько
людей» (Б.В.Михайловский). Он прежде всего умен и хитер.
Особенно сложно в пьесе взаимодействуют Лука и Сатин. Сатин умен и понимает Луку. Он во многом повторяет слова
странника, но по-своему истолковывает их. Сатина и Луку объединяет желание помочь человеку, но Сатин считает, что
человек должен быть сильным, свободным, не нуждающимся во лжи. Сатин убежден, что ложь нужна обществу, где есть рабы.
Чтобы человеку стать свободным, ему важно знать правду: «Кто слаб душой…и кто живет чужими соками – тем ложь нужна…
одних она поддерживает, другие – прикрываются ею… А кто-сам себе хозяин…кто независим и не жрет чужого –зачем тому ложь?
Ложь – религия рабов и хозяев… Правда – бог свобод – кого человека!» Сатин отказывает обитателям ночлежки в праве
считать себе людьми.
Он утверждает, что жалость – это унижение человека. Лука же во имя спасения и помощи готов лгать и делать это. Лука
отдает предпочтение надежде и уверен, что « не всегда правдой души вылечишь.» Он рассказывает ночлежникам историю о
человеке, поверившем в «праведную землю». Идейный смысл притчи заключается в том, что правда не нужна, она убивает
людей. Недаром Актер во втором действии читает стихотворение П. Беранже «Безумцы». Он проводит параллель между Лукой и
безумцем, навевающим «человечеству сон золотой».
На протяжении многих лет представление о драме сводилось к разоблачению утешительной лжи Луки Сатиным. Но Горький
создает сложный, противоречивый, неодночначный, многогранный образ. Да, Лука добр, отзывчив, снисходителен. Он
интересуется жизнью, людьми, умеет внимательнослушать. Лука помогает босякам начать уважать себя. Он хорошо разбирается
в людях и знает, что нужно каждому из ночлежников. У большинства крепнет вера в возможность жить лучше. Несколько
смягчается даже Бубнов, лишь Барон остается в этой ситуации циником.
Лука искренне желает помочь ночлежникам. Он находит слова утешения, но его сострадание приводит к утаиванию правды.
Утешительная ложь Луки на время вселяет в обитателей ночлежки уверенность и желание выбраться со «дна». Но она в то же
время приносит печальные последствия. Ни одному из героев не удается воплотить свою мечту в жизнь. Лука внезапно
исчезает, после чего все чувствуют себя разочарованными и обманутыми.Возвращение к реальности тяжело переживается ими,
особенно болезнено реагирует Актер. Он, вместо того чтобы отправиться в лечебницу, «на пустыре…удавился». А Васька Пепел
отправляется в Сибирь на каторгу. Недаром Клещ говорит: «Помагил их куда-то…а сам – дорогу не сказал..»
И.Ф. Анненский писал: «В результате приход Луки только на минуту ускоряет пульс замирающей жизни, но ни спасти, ни
поднять он никого не может». Во многом ответственность за самоубийство Актера ложится на Луку, однако мы не можем
обвинять его во всех несчастьях ночлежников. Они оказываются слишком слабыми, чтобы противостоять обществу, и поэтому
сами во многом виноваты.

Художник М.В. Нестеров

О Максиме Горьком писали и пишут по-разному. Напомню два отзыва его великих современников: “замечательный писатель”, по словам Льва Толстого, обладавший, по мнению Александра Блока, “роковой силой таланта” и “благородством стремлений”.

Но в 80-х годах XX века он был уличён в том, что в последние пять лет жизни, обитая в Москве (после эмиграции) и, как выяснилось, находясь под надзором сталинских ищеек, одобрял социалистический строй и даже (кошмар!) восхвалял Сталина.

И кто при нём его не славил,
Не возносил — найдись такой!

А.Твардовский

Так-то оно так, но в конце XX века появилось несколько ядовитых статеек, авторы которых, захлёбываясь в злорадном азарте обличительного ликвидаторства, клеймили классика, и это едва не вошло в моду. В оглавлении учебной книги Г.С. Меркина «Русская литература XX века» (1995) Максим Горький не значится. Не было такого писателя в XX веке. Так что на эту книгу я ссылаться не буду. А в аннотации к ней сказано, что материалы представлены “в соответствии с новыми программами по литературе”. К счастью, немногие методисты поддались “диким крикам озлобленья”. Произведения Горького издаются и изучаются в школе, а пьеса «На дне» триумфально шествует по сценам мира более столетия. В опубликованных комплектах тем экзаменационных сочинений 2004 года было немало тем по творчеству писателя, больше всего — десять — по пьесе «На дне». Вот и мы не будем кричать: “Распни, распни его!” — и не станем курить фимиам, а лучше вслушаемся и вдумаемся в речи героев его драмы. Задуматься есть над чем.

Читайте так же:  Доплата за погрузочно-разгрузочные работы

Человеком, который “проквасил сожителей” убогой ночлежки, является странник Лука. Вокруг его персоны и его идей вертится драматическая карусель, раскрученная автором.

Спустя тридцать лет после опубликования пьесы, в разгар первой пятилетки, вернувшийся из Италии и старающийся найти своё место в советской жизни Горький пишет статью «О пьесах», где даёт уничтожающую оценку центральному герою: “И, наконец, есть ещё весьма большое количество утешителей, которые утешают только для того, чтоб им не надоедали своими жалобами, не тревожили привычного покоя ко всему притерпевшейся холодной души. Утешители этого ряда — самые умные, знающие и красноречивые. Они же поэтому и самые вредоносные. Именно таким утешителем должен был быть Лука в пьесе «На дне». ” Стоп! Эти слова вошли едва ли не во все учебники, начиная с 1933 года и по нынешнее время. Но почему “стоп!”? Да потому, что последняя фраза оборвана, вторая часть её обычно не цитировалась в учебниках. А на самом деле после слов: “Лука в пьесе «На дне»” — не точка и не многоточие, а запятая. Читаем: “. но я, видимо, не сумел сделать его таким”. Вот это главное. Не сумел или не захотел, но получилось нечто другое; драматург в этом признался, однако на протяжении всей жизни не перерабатывал коренным образом пьесу, не менял характера и поведения Луки, образ остался тем же. Почему? В этом надо разобраться.

Умные и тогда ещё свободные артисты истолковали образ по-своему, приоткрыв то хорошее, что, по их мнению, характеризовало Луку. Так исполнял эту роль одарённейший Иван Москвин. Побывав на первых представлениях, Горький 16 декабря 1902 года пишет К.П. Пятницкому, что Москвин прекрасно справился с ролью, но 25 декабря в письме к нему же выражает тревогу: “Хвалить — хвалят, а понимать не хотят. Я теперь соображаю — кто виноват? Талант Москвина–Луки или же неуменье автора?”

Но в том-то и заслуга автора, и ценность пьесы, что в ней точки над i не поставлены, оставлен на десятилетия или на века простор для споров, суждений, толкований. Это ещё не социалистический реализм. Определение типа утешителя, которое даёт Горький в статье «О пьесах», вряд ли применимо к Луке, но оно, как и его высказывание в 1928 году, приводимое ниже, созвучно духу времени поисков классовых врагов, проповеди ненависти, беспощадности, непримиримости, духу, которым в эти годы порой проникался и гуманист по натуре Горький. В 1928 году во время посещения Советского Союза, отвечая на митинге сормовичам, писатель сказал о Луке: “. Он — жулик. Все люди, которые пытаются утешить и примирить непримиримое, — жулики. ”

Тем не менее Горький, повторюсь, не переделывает пьесу, как он поступал, например, с «Вассой Железновой», «Последними», «Фальшивой монетой», с очерком «Владимир Ильич Ленин» и другими произведениями, а решил напрочь отречься от своей лучшей пьесы: “«На дне» — пьеса устаревшая и, возможно, даже вредная в наши дни” (1932). Чем же она вредна? Быть может, слишком хорош “неполучившийся” Лука, и широкие массы чего доброго примут его идеи в государстве безбожников? Когда-то Блок записал в дневнике: “Большевики правы, опасаясь «Двенадцати»”. Горький же предупредил большевиков: опасайтесь моей пьесы, она вредна! Кому?

Этому настоянию драматурга, слава Богу, не вняли, пьесу не запретили, но авторская характеристика Луки, данная в 1932 году, на многие годы определила направление мысли литературоведов и трактовки образа Луки в учебниках — с учётом ещё одного высказывания Горького о главном вопросе пьесы: “. Что лучше — истина или сострадание? Что нужнее?” Причём лжецом и жуликом, по уверениям писателя, был, конечно, Лука, то есть должен был быть. И сдают мне бескомпромиссные школьники сочинения, нелогично, но упорно противопоставляя истину состраданию, сопереживанию.

А каким он должен был быть, Лука? Не потому ли он неоднозначен, что и сам Алексей Максимович в ту пору (девяностые годы XIX века — начало XX века) не столь прямолинейно решал политические и философские вопросы и образ Луки явился следствием и воплощением каких-то глубинно назревавших и своеобразно трансформировавшихся идей?

Вот, например, аллегорическая история «О Чиже, который лгал, и о Дятле — любителе истины» (1893). Чиж вдруг запел “песни, исполненные не только надежд, но и уверенности”. “До той поры все птицы, испуганные и угнетённые внезапно наступившей серенькой и хмурой погодой, пели песни. в них преобладали тяжёлые, унылые и безнадёжные ноты (в «На дне» — “Солнце всходит и заходит, а в тюрьме моей темно. ” — Г.Я.), и птицы-слушатели сначала называли их хрипеньем умирающих, но потом понемногу привыкли (ночлежники в пьесе. — Г.Я.). Тон всему в роще задавали вороны, птицы по существу своему пессимистические. ” Чиж звал к новой жизни, “идти вперёд, уверовать в себя” и т.п. “И все птицы пели, и всем стало так легко, все чувствовали, что в сердцах родилось страстное желание жизни и счастья”. Но тут заговорил Дятел: “Я питаюсь червяками и люблю истину. вас нагло обманывают. бесстыдная ложь. А спросите господина Чижа, где те факты, которыми он мог бы подтвердить то, что сказал? Их нет у него. ” Ну прямо как в пьесе «На дне»: “Поманил, а дороги не указал”. И вот Чиж посрамлён едоком червей, покинут всеми, и жизнь продолжает “течь куда-то мутным потоком”, если употребить горьковское выражение.

“А Чиж остался и, сидя на ветке орешника, думал: «Я солгал, да, я солгал, потому что мне неизвестно, что там, за рощей, но ведь верить и надеяться так хорошо. Я же только и хотел пробудить веру и надежду — и вот почему я солгал. Он, Дятел, может быть, и прав, но на что нужна его правда, когда она камнем ложится на крылья?»” Аналогия с Лукой очевидна, хотя и не полна, даже последние слова Чижа перекочевали в пьесу и отданы Луке.

Возможно, кто-то скажет, что и здесь писатель обличает Чижа-Луку. Однако впоследствии Горький утверждал, что в образе Чижа отразились его мысли о социальном переустройстве жизни и чувство отчаяния от сознания собственного бессилия. Что же получается: Чиж — Лука — Горький? После спектакля С.Яблонский писал в 1902 году: “Спасибо Луке-Горькому за его лирическую поэму”. Разумеется, никакой идентичности нет, и Алексей Максимович неизменно публично распинал Луку, но в пьесе — другое. Автор может не одобрять ход мыслей своего героя, может не любить этого персонажа, но он его создал, и герой живёт уже своей жизнью, а читатели или зрители вольны воспринимать и толковать его по-своему. История литературы пестрит подобными примерами.

Случайно ли герой назван Лукой? Не намёк ли это на двойственную роль его? В переводе с латинского Лука — “светлый”, “светящийся”. Это имя носил апостол Христа, создатель одного из евангелий, врач, талантливый художник, последователь и толкователь учения Христа. С другой стороны, это имя может ассоциироваться с понятием лукавства, неискренности, что и приписывал Горький своему персонажу в публичных выступлениях.

Лука, изображённый в пьесе, — не идеал человеческий, не образец, не святой, а такой же босяк, как и остальные ночлежники. За спиной у него и преступления (дважды бежал с каторги), и не слишком нравственное общение с женщинами (“Я их, баб-то, может, больше знал, чем волос на голове было. ”). Но он опытнее других, прошёл огни и воды, умён, добрее других, не столь обозлён ударами и уродством жизни. И дело в том, что при всей реалистической сути пьесы — произведения социально-бытового и философского — и несмотря на индивидуализацию характеров и речи, персонажи в известной мере условны, некоторые из них — рупоры определённых концепций, и особую значимость приобретают их высказывания, афоризмы, иногда — поступки. В первую очередь это относится к Луке.

Посмотрим же, в чём обвиняют или упрекают Луку литературоведы, методисты и учителя. Прежде всего во лжи. Возьмём учебники для 11-го класса. Под редакцией А.Дементьева: “Дело в том, что утешения Луки основаны не на правде, а на лжи. Ложь старика играет реакционную роль”. Под редакцией В.А. Ковалёва: “Всё это утешительная ложь”. Примеры можно множить. А в чём солгал Лука? Бубнов в упор спрашивает старика: есть ли Бог? Лука отвечает: “Коли веришь — есть; не веришь — нет. ” Одним критикам ответ кажется уклончивым, лукавым, другим — правильным. Ночлежники не стали возражать, но ответ произвёл впечатление: Бубнов промолчал, а Васька Пепел (ремарка) “молча, удивлённо и упорно смотрит на старика”. Задумался. Солгал ли Лука? Нет. Ведь вера потому и называется верой, что она не требует доказательств. Отношение к Богу сугубо индивидуально. Верующий человек не сомневается в существовании Творца, атеист отрицает Его. Лев Толстой писал: “Надо определить веру, а потом Бога, а не через Бога определять веру. ” («Исповедь»). И еще — запись в дневнике Толстого 23 ноября 1909 года по поводу пьесы «На дне»: “Есть ли тот Бог сам в себе, про которого я говорю и пишу? И правда, что про этого Бога можно сказать: веришь в него — и есть Он. И я всегда так думал”. Бог — в душе человека. Эта идея идёт ещё от Августина Блаженного, от Канта. Иные полагают, что Горький, как революционер и атеист, осуждал “странника” за такой “неопределённый” ответ Бубнову. Однако в эти и последующие годы писатель и сам был увлечён поиском новой религии, “богоискательством”, “богостроительством”, чего не мог ему простить Ленин. И даже Ниловна (и не только она) в романе «Мать», уже вовлечённая в революционную деятельность, “всё больше думала о Христе и о людях, которые, не упоминая имени Его, как будто даже не зная о Нём, жили — казалось ей — по Его заветам. Христос теперь стал ближе к ней. ” А в своей «Исповеди» Горький призывал: “. Единый и верный путь ко всеобщему слиянию ради великого дела — всемирного богостроительства ради!”

Впрочем, соединение христианства и социализма было свойственно и русским революционным демократам XIX века.

Тебя послал бог гнева и печали
Царям земли напомнить о Христе, —

писал Некрасов в стихотворении «Пророк», посвящённом Чернышевскому.

Так что формулировка Луки вряд ли могла покоробить Горького в 1902 году, и не стоит к ней придираться.

Осуждая утешительство Луки (а это один из главных пунктов обвинения), критики традиционно следуют за горьковской самооценкой тридцатых годов: “Именно таким утешителем (то есть вредоносным. — Г.Я.) и является Лука” (учебник Л.И. Тимофеева). “Проповеди рабского смирения и служит его утешительная ложь” (учебник А.Дементьева). Слово “утешитель” уподобилось красному платку, вызывающему бешеную злобу быка. А между тем Утешителем именовал себя Иисус Христос (см. Евангелие от Иоанна, гл. 14). Там же Утешителем Христос называет Духа Святого. Почему драгоценные человеческие качества — доброта, сочувствие, сострадание, стремление помочь людям, утешить их — стали мишенью многолетних нападок литературоведов и пропагандистов? К сожалению, источник надо искать всё в тех же выступлениях и поздних статьях писателя. Что сказано, то сказано. А сказано было следующее: “. Владимир Ленин решительно и навсегда вычеркнул из жизни тип утешителя, заменив его учителем революционного права рабочего класса”. Что и говорить: Ленин не был утешителем; сколько замечательных людей он и его наследники “вычеркнули из жизни”, провозгласив отказ от морали в политике!

Я могу ещё как-то понять тех, кто в сталинские времена не решался в своих исследованиях отступить от догм категорически заявленной Горьким концепции. Но в наше-то время что мешает переоценке? Да, Лука — добрый человек, говорит несчастным людям ласковые слова, утешает в беде, помогает; и люди, истосковавшиеся по человеческому отношению, заботе, сами просят, чтобы их утешили.

Наташа. Господи! Хоть бы пожалели. хоть бы кто слово сказал какое-нибудь! Эх вы.

Лука. Человека приласкать — никогда не вредно. Жалеть людей надо! Христос-то всех жалел и нам так велел. ”

Здесь нет ни лицемерия со стороны Луки, ни унижающей жалости. Не тот случай. И вообще-то говоря, неужели уж так вредна жалость? Равнодушие или жестокость лучше? “Не жалеть. не унижать его жалостью. уважать надо!” — патетически возглашает Сатин. Да кто же, если не Лука, единственный в ночлежке, по-настоящему уважает униженных и оскорблённых не им людей (но не Костылёва, не Василису, не полицейского Медведева, о которых говорит с презрением или с иронией)? Он не раз напоминает: “всякого человека уважать надо” — и поступает соответственно. Не жалеть, не утешать, держать в ежовых рукавицах — это по-сталински, по-ежовски. А хорошая поэтесса Юлия Друнина пожаловалась в стихотворении: “Кто б меня, унизив, пожалел. ” Пожалел бы — может, и не покончила бы самоубийством мужественная женщина, прошедшая войну. Простой народ, говоря иногда: “Я его жалею”, имеет в виду другое — “люблю”.

Относиться к людям по-божески — принцип Луки; человек, “каков ни есть — а всегда своей жены стоит”; “если кто кому хорошего не сделал, тот и худо поступил”. Прекрасные мысли, верные слова!

Читайте так же:  Что означает слово собственность

Перейдём к другим обвинениям, брошенным Луке. Он якобы обманул перед смертью Анну, он виновен в самоубийстве Актёра. Анна умирает, идут последние минуты её жизни. Клещ, её муж, вместо помощи и сочувствия, поглощая пельмени, предназначенные ей, бормочет: “Ничего. может — встанешь. бывает!” И, сказав это, уходит (ремарка). Вот где ложь и равнодушие, приписываемые Луке! Клещ успокаивает Анну так же лицемерно, как Иудушка в «Господах Головлёвых» утешал умирающего брата: “Встань да и побеги! Труском-труском. ” А что говорит страдающей Анне Лука? “А Господь взглянет на тебя кротко-ласково и скажет: знаю я Анну эту! Ну, скажет, отведите её, Анну, в рай! Пусть успокоится. знаю я, жила она — очень трудно. очень устала. Дайте покой Анне. ” Что может сказать верующий человек умирающему? Естественно, он обращается к Богу и повторяет азы христианского учения о загробной жизни. Признать это ложью — значит признать ложным религиозное мировоззрение. Но оставим это занятие коммунистическим пропагандистам. Лука искренен. От утешения Анны ему никакой выгоды — счёт идёт на минуты. Из воспоминаний М.Ф. Андреевой о первом чтении пьесы: “Горький читал великолепно, особенно хорошо Луку. Когда он дошёл до сцены смерти Анны, он не выдержал, расплакался”.

Всё, что касается судьбы Актёра, требует более обстоятельных объяснений, ибо это ставят в вину Луке почти все учебники. Учебник В.В. Агеносова: “Горький же через судьбу Актёра уверяет (каков стиль! — Г.Я.) читателя и зрителя в том, что именно ложная надежда может привести человека к петле”. Старик, желая помочь людям подняться со “дна”, найти себя, вернуться к нормальной жизни, сообщает Актёру, что есть в России лечебницы, где бесплатно лечат алкоголиков: “. Ты пока готовься! Воздержись. возьми себя в руки и — терпи. А потом — вылечишься. и начнёшь жить снова. хорошо, брат, снова-то!” Чистый сердцем Актёр верит, перестаёт пить, копит деньги на дорогу. Но разрушить мечту и веру слабохарактерного человека ничего не стоит. И “образованный” безжалостный Сатин, шулер, пьяница, убеждённый бездельник и циник, дважды рубит с плеча: “Фата-моргана! Наврал тебе старик. Ничего нет! Нет городов, нет людей. ничего нет” Злобная чушь! “Врёшь!” — кричит Актёр. Но через некоторое время Сатин в присутствии Актёра гнёт своё: “Старик! Чего ты надул в уши этому огарку?” Это уже крах. Вдобавок Лука никак не может “вспомнить” адреса больницы. Актёр вешается. Лука не мог назвать адресов (вспомним Чижа), но он много бродил по Руси, много видел, о многом слышал и говорил обо всём в меру своей осведомлённости. И ведь не врал! Я читал, что в эти годы в России по крайней мере три лечебницы бесплатно занимались алкоголиками. Что и говорить о Москве, где издавна существовал целый ряд благотворительных заведений. Вот фрагмент из книги очерков М.Н. Загоскина «Москва и москвичи» (1842–1850).

“— А это также дворец? — сказал Дюверние, указывая на Голицынскую больницу.

— Нет, это больница.

— А это что за великолепное здание? — спросил он через полминуты.

— Ого? — прошептал француз — Три больницы, похожие на дворцы, и все три почти сряду. — шептал путешественник.

— Есть недалеко отсюда и четвёртая. И в других частях города есть странноприимные дома и больницы, ничем не хуже этих”.

Бесплатные больницы для рабочих были при фабриках Саввы Морозова, например в Шуе. Больница для неимущих, в которой служил отец Ф.М. Достоевского, находилась на Божедомке в Москве. Там и сейчас институт туберкулёза и больница. Нынешняя 23-я больница до революции бесплатно лечила чернорабочих. Всегда бесплатно обслуживала население 1-я Градская больница. Это перечень неполон. Выходит, что врал-то не Лука, а Сатин. И прояви Актёр волю и терпение — жизнь его могла сложиться иначе.

Советы Луки конкретны, как и его посильная помощь соночлежникам. Ваське Пеплу он рекомендует найти работу в Сибири. Три тысячи крестьян в эти годы отправились туда в поисках работы и лучшей жизни. И Пепел, который, помним, как-то упрекнул старика во лжи, потом поверил ему, стал готовиться к поездке в Сибирь, уговаривал отправиться с ним Наташу, мечтал вести честный образ жизни. Чем раньше он предпринял бы эту поездку, тем вернее бы распутал узлы, не совершил бы убийства и наверняка нашёл бы работу.

Мнимые преступления и проступки Луки тенденциозно нанизываются на обвинительную нить. Вот, дескать, и ложные советы давал, и спасать Ваську в экстремальной ситуации, во время убийства Костылёва, не бросился, не помешал убийству, а потом исчез, не объявил себя свидетелем. Но, во-первых, помешал — одну попытку убийства он предотвратил: умышленно устроил громкую возню на печи и “воюще позёвывал”, чем отпугнул заговорщиков, а потом объяснял Пеплу опасность его намерений. Во-вторых, в качестве свидетеля беспаспортному бродяге и беглому каторжнику оставаться было совершенно бессмысленно. “Какой я свидетель. ” — уходя, произносит Лука. Пепла он бы не спас, а сам надолго сел бы в тюрьму. В-третьих, не надо ждать от Луки героического самопожертвования, его роль — другая. И тем паче он не революционный борец за свободу рабочего класса.

Но он не лжец и не безумец. “Безумным стариком” обозвали его недавно в телефильме о Максиме Горьком. О безумцах читает стихи Актёр:

Господа! Если к правде святой
Мир дорогу найти не умеет, —
Честь безумцу, который навеет
Человечеству сон золотой!

Если б завтра земли нашей путь
Осветить наше солнце забыло,
Завтра ж целый бы мир осветила
Мысль безумца какого-нибудь.

Эти стихи (второе четверостишие, как правило, не приводится), по мнению методистов, подтверждают иллюзорность предложений и советов Луки и его отрыв от реальных жизненных проблем. Но ведь в стихотворении Беранже мысль иная и отношение к “безумцам” отнюдь не негативное, скорее это гимн двигателям прогресса, апофеоз.

“Смерть безумцам!” — мы яростно воем,
Поднимаем бессмысленный рёв.
Мы преследуем их, убиваем,
А статуи потом воздвигаем,
Человечеству славу прозрев.

В Новый мир по безвестным дорогам
Плыл безумец навстречу мечте,
И безумец висел на кресте,
И безумца мы назвали Богом!
(«Безумцы»; перевод В.Курочкина)

В учебнике В.В. Агеносова (статья о Горьком М.М. Голубкова) сказано: “Все (?) герои сходятся в том, что надежда, которую Лука вселил в их души, — ложная”. Ошибочное утверждение. Не всех обнадёживал старик, поэтому обо всех нельзя говорить. Серьёзно “обнадёживал” только Анну, Актёра и Пепла с Наташей. Покойная Анна не могла ничего сказать, а надежды Актёра и Пепла не сбылись не по вине Луки. И ни на чём герои не сходятся. Положительно отзываются о Луке в четвёртом акте Клещ, Настя, Татарин, Сатин (о нём — особый разговор). На чём основано заключение М.М. Голубкова — неясно.

Но рассказы Луки о работе в Сибири и о бесплатных лечебницах могли показаться обитателям ночлежки вымыслом, ибо они об этом ничего никогда не слышали и не читали, а полуобразованные Барон и Сатин вращались в иной сфере, а позднее их кругозор был ограничен тюрьмой. Скажи современному Маугли, всю жизнь проведшему в джунглях, что существуют компьютеры, обладающие феноменальной памятью, что в каждом доме есть телевизор и т.п., он же вспыхнет, если хоть немного владеет речью: “Зачем ты всё врёшь?” Кроме того, ночлежники, за исключением Татарина, либо не верят в Бога, либо ни во что не верят (Барон, Бубнов).

В учебниках пишут, что Луке Горький противопоставил Сатина и что гордый Сатин разоблачает Луку: “Горький показывает в нём человека, при всех испытаниях сохранившего человеческое достоинство и веру в лучшую жизнь” (учебник Л.И. Тимофеева). “Знаменитый монолог Сатина о человеке, в котором он утверждает необходимость уважения вместо жалости, а жалость рассматривает как унижение, — выражает иную жизненную позицию” (учебник В.В. Агеносова). Но уж если Сатин и Лука антагонистичны, то положительной персоной будет, скорее, Лука. Кто такой Сатин? Такой же подонок, как и многие, если не хуже; причём если Лука призывает своим трудом добиться перемен в жизни и даёт дельные советы (когда может это сделать), чуток и заботлив, то Сатин, эгоистично, грубо и высокомерно общающийся с ночлежниками, обзывающий их “скотами”, “тупыми, как кирпичи”, “огарками”, “дубьём” и т.п., предлагает единственный выход — ничего не делать, “обременять землю”, и сам не расположен трудиться. Убийца, пьяница, мошенник, равнодушно и жестоко относящийся к живым и погибающим людям, готовый за пятак на всё, — и это “человек, сохранивший достоинство и веру в лучшую жизнь”?! И он ещё декламационно провозглашает уважение к человеку! Впрочем, в этом случае он повторяет мысли и слова Луки, и прав Горький, сказав, что они чуждо звучат в устах Сатина. Сатин берёт под защиту Луку, называет его умницей, понимающим, что правда заключена в человеке и его возможностях, искренне жалевшим людей и только поэтому обманывавшим их, но вовсе не шарлатанившим. Лука произвёл сильное впечатление на Сатина, старик “из головы вон не идёт”. В известных монологах он по существу излагает постулаты Луки: и об уважении к человеку, и о том, что человек “всё может” (мысли Горького, некоторые из них дословно прозвучат через год в поэме «Человек»). Оправдав Луку и одарив его панегириком, а после одного из монологов предложив выпить за его здоровье, Сатин переходит к обобщениям, которые критиками восприняты как выпад непосредственно против Луки и его взглядов. Но было бы нелогично, сказав столько добрых слов о старике, тут же устроить атаку на него. Думаю, что не Луку имеет в виду Сатин. Да и сам Максим Горький обмолвился: “Но из утешений хитрого Луки Сатин сделал свой вывод — о ценности всякого человека”. Да, именно об этом неоднократно говорил Лука. Как видно, он в известной степени оказался наставником ночлежного оратора. “Человек — может добру научить. ” — убеждал Лука. Чему-то научил Сатина, чему-то не успел научить. Упомянув о многих лжецах, Сатин быстро переводит монолог в классово-политическую плоскость: “Ложь оправдывает ту тяжесть, которая раздавила руку рабочего. и обвиняет умирающих с голода. ” Лука к этому не имеет отношения: не оправдывал “тяжесть” и не обвинял “умирающих с голода”. А в ночлежке есть всего один бывший рабочий — Клещ, бессердечный индивидуалист, о котором Горький в 30-х годах резко отозвался, отделив его от рабочего класса: “. новой правды он не чувствует и не понимает”. Но и ему Лука ничего плохого не сказал и не сделал. Ложь, говорит Сатин, нужна тем, “кто живёт чужими соками”. Это можно отнести к ханже, крохобору и кровопийце Костылёву, к его остервенелой жене Василисе, но уж никак не к Луке.

Так из чего же следует, что Сатин в своём монологе развенчивает Луку, как нас уверяют многотиражные учебники? В пьесе должно было прозвучать осуждение лжи, прославление правды, возвеличивание человека, а сказать это было некому, не было среди босяков в пьесе достойных, и, как признавался Горький, он доверил свои мысли и слова недостойному Сатину — не герою.

Отношение к Луке — сеятелю добра, а не зла, к его идеям и поступкам пора пересмотреть, отказавшись от традиционной тенденциозности, предвзятости, упорного непонимания языка искусства. Восторжествует истина, Максим Горький — создатель умной, талантливой пьесы — не пострадает: его творение сказало зрителю больше, чем его же самооценки, мешающие объективному анализу произведения.